— Каган Таймур Тархан, — отозвался Ледорез. — Сиятельный властитель Золотых песков. Гроза дэвов. Укротитель суховеев.
Имя произвело ожидаемое впечатление: Бара на мгновение залип. Замер истуканом. Приоткрыл рот и, кажется, даже дышать перестал. Однако быстро взял себя в руки.
— Вольная имеется? — вопросил, вскинув бровь.
Яромир понурил голову.
— Так я и думал! — Бара победно улыбнулся. — А я вот купчую на тебя сохранил. И посему…
Он красноречиво всплеснул руками, и перстни на пальцах заблестели.
— Отдыхай, — небрежно бросил Бара, и первая ступенька лестницы скрипнула под его весом. — В Лерии ты произведёшь фурор. Слава придётся тебе по душе, уж поверь. А я прослежу, чтобы ты ни в чём не нуждался, сокровище моё.
— Постой! — рявкнул Яр и дёрнулся, лязгнув кандалами.
— Ну, что ещё? — Устало поинтересовался Бара и снова промокнул лысину платочком. Разговор ему явно наскучил.
— Со мной была… — Яр не сразу нашёлся с обозванием. Синегорка… Вот, как её наречь? Бой-баба? Воеводица? Богатырша? — … женщина.
— Черноволосая? — уточнил Бара.
— Да.
— Мы держим её в клетке, на цепи. Больно уж ретивая оказалась! Пришлось повозиться…
Яромир стиснул кулаки до хруста.
— Слушай сюда, кусок дерьма — выцедил сквозь зубы. — Если хоть волос упадёт с её головы, ты сдохнешь. Клянусь глазами.
Бара неожиданно просиял.
— Отлично, любезный мой! Превосходно! Со своей стороны обещаю — хоть раз заартачишься, взбрыкнёшь или выкинешь какой-нибудь фортель, девицу пустят по кругу здесь же, на корабле, а жизнь она окончит в борделе. Шлюхой. Ты уж усвой, яхонтовый, мастер Бара Шаад хозяин своему слову.
— Могу я её увидеть?
Торговец мясом криво улыбнулся и коротко бросил:
— Нет.
Штиль стоял четвёртый день. От жары хотелось выброситься за борт, но Яромир не мог позволить себе такой роскоши: длины цепей хватало, только чтобы справить нужду, не более. Вырвать бы их из стены к чёртовой матери! Можно, конечно, попробовать. И, не исключено даже, что получится. Но вот порвать железо промеж кандалов на запястьях не сумел бы, наверное, даже Горыня — облака ему пухом! — а ведь парень подковы руками гнул.
— Ты не ешь, — Янгарь кивнул на поднос подле лежанки и вернулся к своему занятию: он обмазывал швы на Яромировом бедре вонючей мазью. — Решил заморить себя голодом?
Ледорез не ответил. Отвернулся и уставился в стену.
Старый лекарь фыркнул и покачал головой.
— Рана хорошо заживает, — сказал он. — Ещё немного, и к тебе вернётся былая удаль. Но если отощаешь, на Лерийской бойне и дня не продержишься. Мастер Шаад будет недоволен.
Яр снова промолчал. Что тут скажешь?
— Когда мастер Шаад недоволен, он творит страшные вещи. — Янгарь наложил свежую повязку. — Та черноволосая бестия, которую еле скрутили, твоя женщина?
Смолчать Ледорез смолчал, но вот взгляд, похоже, его выдал. Слишком уж лукаво ухмыльнулся старый лекарь.
— Она откусила ухо одному из ловцов. Сильна! Но Бара найдёт на неё управу, будь уверен. Особенно, если ты не оправдаешь его надежд на бойне.
Яр не выдержал.
— Чего тебе нужно? — рыкнул глухо.
Янгарь посмотрел странным взглядом.
— Просто хочу, чтобы ты поправился. Вот и всё.
— Задумал поставить на меня?
— Вовсе нет, — старый лекарь качнул головой. — Какие в моём возрасте ставки… Здесь другое. Так просто не объяснить.
— А ты попробуй.
Янгарь закончил с повязкой и обтёр руки чистой тряпицей.
— Я тебя врачую. Вкладываю знания, умения, силы и время. Твоё здравие — моя честь. Понимаешь?
— Не особо.
Лекарь хмыкнул.
— Об этом и толкую!
Яр нахмурился. Он действительно ничего не понимал. Да и можно ли такое понять?
— Ты ведь с Севера, да?
Ледорез оставил вопрос без ответа. Любой полоумок поймёт, что он с Севера, едва взглянув на заросшую русой щетиной рожу.
— На Севере, говорят, есть Гильдия наймитов, — сказал Янгарь, и Ледорез едва не вздрогнул. — Слышал о такой?
— Доводилось.
— А о Школе магиков и Гильдии воров?
— Допустим. — Яр напрягся. Для наёмного лекаря этот крендель слишком хорошо осведомлён.
— Вот и славно. Стало быть, смекнёшь, к чему веду, — улыбнулся Янгарь совершенно беззлобно. — Навыки мои не с небес упали. Многие годы я обучался в Храме. Это навроде Гильдии, но для врачевателей. Чтобы попасть туда, надо дать клятву. Особую, на крови́. Мы клянёмся делать всё, что в наших силах, дабы излечить больного. Это суть и смысл нашей жизни. Наша честь.
Он сделал паузу и внимательно посмотрел на Яромира, словно прикидывая понял тот его или нет.
— Силой накормить я тебя не сумею, — вздохнул Янгарь. — Да и проку с этого не будет — всё назад пойдёт. А вот убедить не морить себя голодом — обязан попробовать: а ну как поможет. Ну, а если не поможет, тогда уж…
Он многозначительно развёл руками.
Ледорез впился в лекаря долгим пристальным взором. Янгарь и бровью не повёл.
Неужто правду говорит? С ума сойти можно… Хотя куда уж дальше.
Яр тут же решил воспользоваться моментом.
— Ты прав, — сказал он. — У тебя получилось: ты меня убедил. Я буду есть.
— Вот и славно! — Кажется, Янгарь обрадовался абсолютно искренне.
