— Не забывай, уважаемый Оссимур, что именно Стрелок оставил тебе ключ от темницы. Я почти уверен, что в несчастье, из-за которого ты преследуешь его, виноват не он, а Двимгрин.
— Возможно, — пожал плечами Оссимур. — Колдун и сам сказал мне об этом до того, как…
— …он околдовал тебя.
— Да. Вся эта история увела меня слишком далеко от обыденной жизни. Я уже не знаю, что думать и как поступать.
— Ну что ж, не будем понапрасну тратить время, — сказал чародей. — Идем.
Через некоторое время разбойник и чародей выбрались наружу. Небо начинало светлеть от разгорающегося заката. Мрачные полуразваленные стены Замка Магов выползали из темноты. Валейгар обомлел, не увидев Башни Верховного Мага на привычном месте. Великая башня некогда разрывала облака, устремлялась в светлую лазурную высь, служа символом мощи Тригорского Ордена. И вот этот символ рухнул… Валейгар мог воспринять это как решающий знак, позволяющий без угрызений совести бросить орден магов. Мощь Тригорья пала. Однако маг по-прежнему сжимал посох Маангара в своих руках.
— А вот и Страж, — молвил Валейгар.
— Где? — Оссимур посмотрел в ту же сторону и разглядел очертания груды обломков.
— Там, под завалами, — пояснил чародей. — Похоже, Двимгрин дал ему достойный отпор.
Не успели они миновать площадь из красного кирпича, как Оссимур воскликнул.
— Валейгар, посмотри туда!
Маг почти не смотрел вперед, постоянно оборачиваясь и оценивая учиненные разрушения. Но оклик Оссимура заставил его наконец сделать это. Туннель обвалился. Выход из Тригорья был закрыт. Валейгар не сомневался, что и это тоже дело рук колдуна. Но зачем? Вряд ли он сделал это, чтобы Тригорье никто не смог покинуть. Скорее всего, кто-то собирался войти в крепость. Кто-то нежеланный для Двимгрина!
— Что будем делать? — спросил главарь разбойников. — Ты можешь магией расчистить путь?
— Боюсь, что нет, — проговорил в ответ Валейгар.
— Почему?
— Я побывал в Бассейне Ослабления. Мои силы не скоро вернутся ко мне.
Внезапно позади послышался шум. Оссимур не мог этого видеть, но, судя по звуку, огромная груда камней за спиной шевельнулась. Обернувшись, он тут же убедился в правдивости своего вывода. Каменные обломки скатывались с вершины «холма» и раскалывались при ударе о мостовую. Вскоре наружу вылезло что-то гигантское. Оссимуру потребовалось время прежде чем он понял, что это огромного размера рука. Спустя несколько мгновений под нескончаемый шум и грохот расползающейся кучи показалась вторая рука, затем Оссимур увидел и голову великана. Взгляд его белых светящихся глаз был направлен куда-то на юг, за стену.
Камни и песок сыпались с огромных плеч. Исполинская тень медленно поднималась над площадью.
— Бежим! — воскликнул Валейгар.
Оссимур и сам понимал, что нужно бежать, но он словно застыл, не в силах пошевелиться от сковавшего тело страха. Однако великан даже не смотрел на них. Он выпрямился во весь рост и сделал шаг. Валейгар успел резким движением оттащить Оссимура в сторону, когда огромная нога с треском продавила красную мостовую рядом с ним. Сделав еще несколько шагов, каменный гигант оказался у самой крепостной стены, которая была высотой несколько выше уровня его груди. Схватившись ручищами за край, он подтянулся, чтобы взобраться на нее, но каменная кладка не выдержала. Трещины стремительно побежали по стене, и она с грохотом рассыпалась. Тогда великан накинулся на стену и стал наносить мощные удары по кладке.
Крепостная стена Тригорья крошилась и раскалывалась, словно глиняная посуда, а великан руками разгребал растущую груду обломков. Наконец он перелез на ту сторону и стремительно понесся прочь, сотрясая шагами землю,.
— А вот и выход! — воскликнул Валейгар.
С востока ударили первые лучи рассвета и озарили просыпающуюся долину, когда Валейгар привел лошадей из тригорских конюшен. Гордые белоснежные скакуны Замка Магов были полны сил и, похоже, желали поскорее отправиться в путь.
Вскоре чародей и разбойник проехали через созданную великаном гигантскую брешь в крепостной стене, и двинулись вдоль стены на юг, где впоследствии выехали на дорогу. Оссимур прикрыл глаза от солнечных лучей и посмотрел на ее серую полосу. Недалеко от Тригорья стоял лагерь. Зеленые шатры были возведены прямо на дороге, и среди них можно было заметить какое-то движение.
— Кто это? — спросил разбойник.
— Алфейны, — ответил Валейгар. — Похоже, пока рано расставаться с посохом. Ведь посох Тригорья — это единственный в Гэмдровсе символ, к которому они относятся с почтением. Без него мы рискуем встретить враждебный настрой.
— И что они здесь делают?
— Должно быть, пришли за колдуном. Двимгрин не знает, что такое осторожность. Он привлек к себе слишком много внимания со стороны Первородных.
— Они пришли, чтобы наказать его за пожар в Мотходэке?
— Наверное. Но взгляните туда, Оссимур. Лес снова горит.
Оссимур устремил взор дальше, за лагерь алфейнов, и увидел дымовую завесу, заволокшую горизонт на юге.
— Должно быть, это старый пожар.
