— Как хочешь, маг, но мне нужно понять, кто там, — отрезал Оссимур. — Гриб! Ты вор из воров. Тебя никто не услышит. Сходи и узнай.
Гриб послушно дернулся, и тут же застыл.
— А как же обращение в пыль?
Голос его дрожал от волнения.
— В пыль тебя я сам обращу, если ты сейчас же не пойдешь в башню! — гневно произнес Оссимур. — Узнай, кто там. Только очень тихо!
Валейгар не успел сказать и слова против, как Гриб покинул зал. На улице вскоре замельтешил его худощавый силуэт.
— Зря, — вздохнул маг. — Очень даже зря…
Оссимур не слушал его. Взор его следил за перемещениями Гриба, который осторожно и бесшумно крался к входу в дозорную башню. Как только разбойник исчез внутри, глава Братства Волков перевел взгляд на занавешенное окно, за которым все же чуть виднелся свет.
На юге в яростном пламени горел священный лес алфейнов.
Гриб тенью скользнул в дверной проем и оказался перед винтовой лестницей. Словно кот, прижавшись к каменным ступеням, он стал осторожно карабкаться на четвереньках вверх — ступень за ступенью, каждый раз замирая и прислушиваясь. Сердце билось в груди как никогда за всю его разбойничью жизнь. Он еще ни разу не переживал так сильно. Сейчас повод для волнений был: сверху веяло чем-то недобрым. Если бы не Оссимур, он бы уже давно повернул назад. Нельзя сказать, что воля главаря была для него законом. Скорее, он просто боялся его. Боялся пуще любых колдовских чар, пуще смерти. Как, впрочем, и все остальные в братстве. Разве что покойный Ардан был несколько более своеволен, нежели остальные разбойники, и позволял себе гораздо больше. И Кабан. Он тоже порой показывал главарю свой характер, как, к примеру, в этот раз по выходу из «Захолустья». Гриб в мыслях проклинал себя в этот час за то, что не ушел вместе с ним. Зачем ему все это? Мстить за Жабу? Столько народу полегло, и ради чего? Нет, такая месть не стоила стольких кровопролитий. И Жаба не заслуживал такого возмездия, — это уж точно.
Разбойник почти подобрался к последним ступеням, и замедлил продвижение, стараясь ползти еще тише. Вверху, за дверным проемом, дверь в котором вероятно отсутствовала, скакали блики пламени. Только это было не то пламя, которое он привык видеть. Оно было кроваво-алым, и все вокруг озарялась от него ярким багрянцем.
— ТЫ ОДИН? — раздался громоподобный голос.
У Гриба душа ушла в пятки. Он подумал, что вопрос адресован ему, но в следующий миг с облегчением выдохнул, потому что некто дал ответ:
— Я здесь один. Нам пришлось разойтись… Временно.
— КЛЮЧ У НЕГО? — вновь загремел ужасающий голос.
— Да.
— И ГДЕ СЕЙЧАС ОН?
— Думаю, в Тригорье.
Гриб был уже так близко, что мог заглянуть в помещение, к которому привела его лестница, но в этот миг алый свет вспыхнул стократ ярче, чем прежде, и, ослепленный им, разбойник неудачно дернулся от неожиданности, и раненое плечо напомнило о себе ноющей болью. Разбойник едва сдержался, чтобы не заорать. Крик так и рвался наружу.
— ДУМАЕШЬ?! ТЫ РАЗОЧАРОВЫВАЕШЬ ХРАНИТЕЛЕЙ! — донеслось до его ушей.
— Я не подведу, великий Азмагор.
В башне стало тихо. Когда зрение возвратилось к разбойнику, он увидел костер, разведенный прямо на полу. Огонь в нем теперь был нормального оранжевого цвета. Гриб лежал на животе и смотрел вперед. На полу, спиной к разбойнику сидел человек в черной одежде. Он был неподвижен. Гриб не мог увидеть лица, однако был почти уверен, что это тот самый колдун, с которым сбежал Стрелок.
Гриб оглядел помещение. Повсюду валялись обломки осыпавшейся каменной кладки, обгоревшие листы бумаги и прочий мусор. У дальней стены он увидел дверь, вероятно выбитую и сорванную с петель. Рядом с костром лежал поломанный на дрова стол. Окно башни было закрыто куском ткани: похоже, это был плащ. Стрелка здесь не было.
Колдун поднес руки к костру, и несколько мгновений без движения держал их над огнем. Гриб увидел едва уловимые со спины движения кистей рук, пламя вновь стало краснеть, и внезапно костер словно чихнул, выпустив большое дымовое облако. Оно дрожало, меняло цвет и клубилось, но не рассеивалось. Гриб завороженно смотрел на магическое действо. Он понимал, что пора уже уходить. Поручение Оссимура выполнено: колдун здесь один, без Стрелка. Но он боялся пошевелиться, потому как в башне царила невероятная тишина. Гриб боялся, что любое движение привлечет внимание колдуна, который сидел всего в нескольких шагах. Разбойник припал к верхним ступеням лестницы, словно стремился слиться с ней и затаил дыхание.
Алфейны — древнейшие творения Эндармира. Время, когда они властвовали в мире, осталось в далеком прошлом. Когда еще не существовало ни людей, ни русалов, ни гномов, именно они стояли на страже мироздания, и в величайших битвах с Мраком сражались именно они. Легенды гласили, что в тех битвах бок о бок с ними бились и могучие волки Валаглерт. В древние дни вылезали из глубин Старого Солнца столь ужасные твари, каких не знает нынешний мир. И именно алфейны противостояли тому злу.
