Это было похоже на исповедальню. В последнее время мама стала посещать церковь, хотя я слышала, как она говорит, успокаивая пациентов, что всё исключительно в руках человека.
Господь не виноват в наших провалах, и он не причина наших побед. Итог, который мы получаем – ответное действие.
Неожиданно мальчик положил на пол крыло от статуэтки и быстро придвинул его в мою сторону. Я успела заметить, какой светлой была его кожа. А ещё что-то красное и фиолетовое.
Кровь и синяки?
– Нет, оставь себе.
Я не стала двигать крыло обратно, желая, чтобы он сам забрал его, а я смогла ещё разочек увидеть хотя бы кусочек таинственного незнакомца.
– Что с тобой случилось?
Конечно, он не ответил. Я так жалела, что не могла говорить с ним на равных. Ди бы нашёл, что рассказать мне, а я бы так внимательно выслушала его, что он бы больше никогда не захотел делиться своими историями с кем-то другим. Я бы была единственной для него.
Это плохо, что я хотела этого? Раньше я никогда не думала о ком-то так жадно и эгоистично. Общение с этим мальчиком успело изменить меня за несколько считаных минут.
– Кто-то обидел тебя?
За вопросом последовала тишина.
На мои глаза навернулись слёзы, потому что я хотела нормально поговорить с ним, а он не…
Стук.
Его ответ должен был порадовать, так как он позволил мне узнать, однако горькая слеза всё равно скатилась по щеке. Кто-то обидел его, поэтому ему пришлось обратиться за помощью.
Насколько всё серьёзно?
Пока я думала, как именно спросить у него об этом, наше время вышло. Дверь внезапно распахнулась, и ширма зашевелилась, но я тут же отвернулась от неё, чтобы не дать новоприбывшему узнать, что прямо за ней прячется мальчик.
– Ангел мой, ты здесь? – спросила мама, а затем, заметив меня, тут же нахмурилась. – Почему ты сидишь на полу?
Я пожала плечами, не успев придумать достоверную легенду, но и не желая рассказывать ей о своем друге. Я хотела, однако… Он не хотел. Я ценила то, что он заговорил со мной, поэтому боялась подвести его доверие, разболтав наш секрет.
Кто-то окликнул мою маму из коридора, она махнула рукой, чтобы я поторапливалась, и скрылась за дверью.
– Мне пора, – грустно прошептала я.
После чего встала, отряхнула белое платье и подавила желание заглянуть за ширму, чтобы увидеть лицо мальчика, с которым, возможно, больше никогда не смогу встретиться.
Единственное, что я почувствовала, когда сделала несколько шагов в сторону, отдаляясь от него – всепоглощающая вера в то, что у меня ещё появится шанс посмотреть на него и услышать его голос.
– Увидимся, Ди?
