– Сейчас уже поздно перебираться через реку. Мы переночуем в Норд-Карме, а утром переправимся на пароме, – предложил Элот.
И мы поскакали по берегу реки. С каждым часом становилось всё темнее. И я боялась, не сбились ли мы с пути.
Мы ехали уже в кромешной тьме, когда впереди засверкали огни Норд-Карма.
Я не помню, как мы въехали в город, что нам говорили, какое выделили помещение: я сразу провалилась в сон.
Когда я проснулась утром, Элота в комнате не было. Я не решалась пойти на поиски, потому что, не зная города, боялась с ним разминуться. Я слышала о Норд-Карме только то, что это город-крепость на слиянии двух рек: Лородонина и Безымянной. Город подвергался частым нападениям Мэдиригра. Люди здесь жили мужественные и суровые. Во многих семьях хранили память о родных и близких, уничтоженных прожорливым чудовищем. Стражники на крепостных стенах в любой момент могли протрубить тревогу.
Но где же Элот? Солнце только взошло, а его уже нет. Мои мысли вернулись к цели нашего путешествия – Эмминин-Трану. И тут вошёл Элот.
– Ты где пропадал?
– Ходил потолковать с паромщиком. Он будет ждать нас через час, – сообщил Элот.
Я наскоро умылась. На кухне нас ждал завтрак, приготовленный приветливой молодой хозяйкой. Элот начал было отказываться, а я не могла отвести глаз от пухлого золотистого пирога. Кто-то уже отрезал от него половину. Пирог чудесно пах печёнкой. В животе у меня предательски заурчало.
И крепкий ароматный травяной отвар, и пирог были восхитительны. Хозяйка не садилась с нами, сказав, что позавтракала с мужем, который ещё засветло ушёл на реку рыбачить. Прощаясь, она дала мне связку вяленой рыбы. Как раз такой, как я люблю. Сухой-сухой, с проступающей сквозь чешую икрой.
Когда мы покинули гостеприимный домик и, держа коней под уздцы, направились к переправе, за нами увязалась толпа любопытных мальчишек, которые кричали:
– Победители Мэдиригра! Победители Мэдиригра!
– Как они узнали? – удивился Элот. – Ведь я сказал только начальнику крепости. Кажется, вон тот вихрастый – сынишка хозяйки.
Когда мы дошли до переправы, о нас знал весь город.
Пока мы заводили лошадей на паром, толпа людей на берегу увеличилась. Они радостно приветствовали нас, женщины махали вслед парому платками. Какими родными казались мне эти незнакомые люди…
Когда мы были на середине реки, подул резкий ветер. С севера нас подгоняло Ненастье.
– Страшно подумать, что за погода сейчас в Тармангаре… – сказал Элот, глядя в ту сторону, откуда дул ветер и надвигались тучи. Крылья плаща хлопали за его спиной.
Подойдя к Аску, он вытащил из поклажи меч Армарагды и бросил в Лородонин.
Паром качнулся под ударами волн. Ноги мои насквозь промокли, плащ не удерживал тепла.
Переправившись через реку, мы очутились в небольшом рыбацком посёлке Беор. Там мы запаслись тёплой одеждой: кожаными рыбацкими куртками с меховой подкладкой, высокими сапогами и шапками с широкими полями. Вид у нас был смешной и немного неуклюжий, но нас это не беспокоило. Холодный ветер едва не сбивал коней с ног. Начался ливень.
Весь день мы скакали под ливнем без отдыха. Вечером мы въехали в ворота Эмминин-Трана.
Это был тот же и одновременно не тот город, что мы видели в фириале.
Прохожие так же сновали по узким улочкам, но никто не улыбался и почти никто не останавливался поболтать со знакомыми. Исчезли уличные музыканты и плясуны. Даже собаки понуро бродили, поникнув головами и подметая мостовую кончиками хвостов.
Цветы закрылись, растения, побитые градом, погибали, устилая улицы мягкими безжизненными листьями.
– Собрание… На площади – собрание… – услышала я краем уха.
Город Эмминин-Тран управлялся не так, как другие города Пятиморья. Когда-то Эрик объяснял мне, чем одни города отличаются от других. В Эмминин-Тране всё решал народ. Конечно, в городе было что-то вроде совета. Но семерых советников – они назывались сивали – тоже выбирал народ. Главного среди них не было. Когда я спросила у Эрика, чем же занимаются сивали, он ответил: «Следят, чтобы законы никогда не менялись». Почему-то жители Эмминин-Трана не любят перемен.
Мы шли на главную площадь города, и в потерянных, встревоженных глазах прохожих читали один вопрос: «Что теперь будет?»
– Мы должны выступить на собрании, – сказал Элот. – Но готовься к тому, что нас не услышат. Жители Эмминин-Трана забыли, что их город – часть Пятиморья. Хоть бы они вспомнили об этом сейчас…
На главной площади мы увидели прекрасный увядающий цветок, внутри которого лежал потускневший фириаль, отражая хмурое, тяжёлое небо.
Рядом стоял худощавый, медно-смуглый человек, чем-то похожий на птицу. Его чёрные волосы были стянуты красным шнуром. Плащ на его плечах был сплетён из тёмных волокон, похожих на сухую траву. Такие плащи, по древнему обычаю, носили сивали.
Худой сиваль не кричал, но каким-то образом его негромкий выразительный голос перекрыл гул толпы.
