– Заманчиво! – улыбнулся де ла Коса. – Но я бы предпочел не рисковать.
– Позвольте мне сказать несколько слов! – попросил постельничий адмирала.
– Пожалуйста, дон Гутьерес! – согласился Колумб.
– Вы забыли о Банеке и Бохио, – напомнил придворный членам совета. – Страна Великого хана лежит далеко от мыса Альфы и Омеги, а золотоносные острова – рядом. Нужно найти их! Если мы на зиму отправимся в Индии, то задержка на неделю или две не изменит планов, позволит Мартину присоединиться к эскадре. Давайте посетим Банеке и Бохио, затем все вместе поплывем на юго-запад.
– Мне нравится ваше предложение, – адмирал похвалил постельничего. – Нельзя бросать «Пинту» на произвол судьбы, надо использовать любую возможность, чтобы найти ее. Если Мартин вернется к берегу, то заметит кресты и прочитает записки; если же каравеллу вынесло на юго-восток, она должна плавать в этих водах.
– Правильно! – Висенте поддержал командующего. – Братья живы! Они обязательно пойдут по нашему следу до этого мыса.
– Мы спрячем здесь для них приказ с указанием плыть на юго-восток или дожидаться нашего возвращения, – решил Колумб.
– Спасибо, сеньор адмирал! – обрадовался Висенте.
– Благодари офицеров, – велел Христофор, – они приняли разумное решение.
– Присутствовавшие на совете моряки согласно закивали головами, и даже выступавшие за возвращение домой не осмелились спорить.
На следующее утро корабли вышли в море. На мысу Альфы и Омеги белел высокий крест из стволов деревьев. Под ним из камней соорудили тайник. В глиняном кувшине лежало письмо с подробными указаниями Пинсонам, где искать эскадру и что делать, если «Пинта» не выйдет в плавание.
После нескольких часов путешествия Колумб заметил на очистившемся от дымки горизонте очертания острова. В прозрачной атмосфере тропиков предметы кажутся ближе истинного расстояния, испанцы подумали, будто до земли подать рукой. Они позвали на палубу индейцев, показали землю.
– Бохио! Бохио! – закричали дикари.
– Банеке? – поправил адмирал.
– Бохио! – твердо заявил взятый на острове переводчик.
– Удача сама идет к нам в руки! – сказал Колумб спутникам. – Не успеет стемнеть, как мы подплывем к золотому острову. Вы приготовили корзины?
– Для чего? – спросили матросы.
– Чтобы насыпать полные трюмы песка!
– Нам не нужны пряности? – удивились люди.
– Зачем покупать перец, если есть золото! – усмехнулся Христофор.
Повеселевшая команда бодро взялась за дело. А забот прибавилось: задул встречный ветер, пошла крутая волна. Каравеллы с трудом пробивались к земле, она медленно приближалась. Серовато-зеленое пятно под голубым небосводом выросло в размерах, обозначились горы, указывающие на солидные размеры острова.
– Бохио! Бохио! – повторяли радостные туземцы, выполнившие обещание показать страну с королем, имеющим много золота. Они столпились на баке флагмана, оживленно болтали между собой.
Командующий позвал де ла Косу.
– Хуан, – сказал Христофор, – присмотри за «обезьянами», чтобы не сбежали на Бохио.
– Я запру их в трюме, – пообещал хозяин «Санта-Марии».
Шли часы напряженного труда. Противные ветры заставили эскадру отклониться на север. Остров вырастал из воды, поднимался с правого борта. Испанцы с интересом разглядывали покрытые зеленью лесов скалистые горы. Они были значительно выше холмов Багамского архипелага и кубинских скал. «Наверное, в них добывают драгоценные камни?» – думали испанцы. У подошв исполинов лежали богатые растительностью равнины, саванны, возделанные поля. Дымки костров вились над островом.
Индейцы устали вопить, притихли на палубе, не ликовали от созерцания земли. Зато испанцы по достоинству оценили живописный остров. Подобно Колумбу, они утверждали, будто не видели земли прекраснее таинственного Бохио. «Если он богат, как красив, – говорили они, – мы вернемся в Палос с сундуками, полными золота».
К вечеру каравеллы достигли западной оконечности Бохио (Гаити). Вынужденные идти в крутой бейдевинд относительно ветра, они очутились на севере от земли. Командующий не спешил менять курс, уходил на северо-восток, чтобы напрямик вернуться к острову. За два часа до темноты Колумб велел повернуть на юг, плыть к Бохио. Расчет оказался правильным: ветер снес каравеллы назад к западной оконечности острова. Эскадра остановилась в просторной глубокой бухте, получившей имя Святого Николая. Эту бухту за мысом Звезды, названным так в честь звезды, взошедшей на небосклоне, когда испанцы обнаружили залив, окружали высокие фруктовые деревья. За ними лежала великолепная равнина с чистым источником, разделившим ее на равные части. На берегу виднелись хижины, хозяева скрылись в лесу.
