Посланцы адмирала осмотрели поля и леса вокруг деревни, заметили пальмы, мастиковые и плодовые деревья с крупными яркими цветами, бананы, хлопок, заросли алоэ, насладились пением птицы, принимаемой за соловья, опьянели от чистого приятного воздуха, напомнившего им запах весны в Кастилии, и восхищенные прелестью долины вернулись на берег. Рассказывая товарищам о походе, они сравнивали внутренние районы острова с равнинами Кордовы, отдавали предпочтение новой земле.
Добродушие туземцев Эспаньолы поразило моряков. Колумб неоднократно подчеркивал это качество индейцев. «Возымев к вам доверие и перестав бояться, они становятся так щедры на все, что у них есть, что трудно этому поверить, не увидев собственными глазами, – сообщал он в письме Сантанхелю. – Если вы попросите у них какую-нибудь вещь, они дадут ее с удовольствием от всего сердца». Таково первое впечатление адмирала от встречи с жителями Гаити. Со временем оно не изменилось. Педро Мартир, беседовавший в Испании с Колумбом, сделал замечание:
«Достоверно известно, что земля у них такая же общая, как свет и вода, что различие моего от твоего, бывающее причиной преступлений, у этого народа не существует. Они довольствуются таким малым, что, живя в столь обширной стране, более пользуются излишком всякого добра, чем его недостатком; эти люди живут в благодатной стране, которая не знает усталости, в открытых садах, не огражденных рвами, заборами или стенами. Не имея законов, книг и судей, они честно относятся друг к другу. На человека, который находит удовольствие вредить ближнему, они смотрят, как на негодяя…»
Через тридцать лет испанцы уничтожат здесь более двухсот восьмидесяти тысяч индейцев-таинов, пять мощных племенных союзов – «почти государств», как говорили завоеватели. На острове сохранится только шестнадцать тысяч туземцев. А пока моряки общаются с аборигенами, принимают подарки, наслаждаются пением соловья.
О восхитительном голосе невзрачной птички скажу особо. Вероятно, орнитологи среди моих читателей заметили несоответствие времени года и чудесного соловьиного пения. Соловей зимой не поет. Испанцы знали об этом и сначала удивились, а потом решили, будто в тех местах нет зимы. Похожая на соловья птичка ввела моряков в заблуждение, способное закончиться гибелью экспедиции. «Если здесь нет зимы, то не нужно спешить, думать о надвигающихся штормах», – говорили кормчие. Эта мысль принадлежит Колумбу. Изучив траву прибрежной полосы островов Багамского архипелага, он сделал неправильный вывод о характере западной части океана. Адмирал утверждал, будто море там всегда спокойно. Испанцы проявили поразительную беспечность, полагая, что им следует опасаться лишь рифов и отмелей.
14 декабря эскадра распустила паруса, направилась на северо-восток к лежавшему напротив Эспаньолы острову. Испанцы надеялись, что он окажется долгожданным Банеке. Дующие с востока на запад между островами ветры помешали плаванию, заставили корабли идти в крутой бейдевинд. Вечером с левого борта путешественники увидели стерегущие остров белые рифы, добрались до земли, бросили на рейде якоря. На возвышенностях загорелись сигнальные костры, струйки серого дыма поднялись в затухающее небо. Туземцы предупреждали соседей о визите незваных гостей.
Утром моряки обнаружили на острове покинутые селения, множество крупных черепах. Черепахи плавали в воде, ползали по песку, грелись на солнце. Они являлись главными обитателями земли. Христофор назвал остров Тартугой (Черепахой). Полакомившись черепашьими яйцами, моряки пошли на разведку вглубь острова. Вскоре они остановились, сраженные красотою долины. «Если на земле есть Рай, то он здесь», – сказал адмирал и назвал долину Райской. По острову протекала река, напомнившая испанцам Гвадалквивир. За это она получила его имя. У символа Кастилии появился на Тартуге тезка.
Вечером моряки варили суп из черепах, любовались понравившимся островом. Они не нашли ни золота, ни драгоценных камней; хижины аборигенов походили на убогие шалаши с примитивной утварью. На следующий день разведчики закончили осмотр Тартуги. В полночь корабли выплыли к Эспаньоле.
Море штормило, дул сильный ветер. На средине разделяющего острова залива дозорные заметили покачивавшуюся на волнах лодку. В ней туземец пытался пробиться к берегу. Налетавшие порывы ветра гнали его прочь от земли. Колумб приказал спасти дикаря, взять челн на буксир. Индейца подняли на палубу, привели к адмиралу. От страха и усталости несчастного мореплавателя трясла сильная лихорадка. Его напоили подогретым вином, прикрыли обрывком паруса. Когда индеец согрелся и успокоился, Христофор спросил, где находится его деревня, можно ли около нее пристать к берегу? Мореплаватель протянул руку в сторону темного берега, заверил толмача, что у поселка есть удобная гавань. Колумб велел индейцу показать дорогу к земле, обещал щедро наградить. Воспользовавшись услугами «лоцмана», эскадра ночью подошла к Эспаньоле.
Путь Колумба вдоль северо-западных берегов Эспаньолы (Гаити) и место гибели флагмана «Санта-Марии»
