– Он искал дорогу в Индию, но Господь не дал ему первым увидеть ее берегов, – ответил Колумб.
– Хвала Всевышнему! Мы сделали это за него, – закончил Висенте.
В тот же день Христофор отправил два письма. Первое предназначалось хранителю дворцовой казны Фердинанда, Луису де Сантанхелю и казначею арагонского королевства Габриелю Санчесу. Второе – португальскому королю.
Своим друзьям и покровителям Христофор написал в период блуждания у Азорских островов. В послании кратко сообщалось о результатах экспедиции, о постигших ее несчастьях, выражалась надежда на скорую встречу. В конце письма имелось важное дополнение, сделанное в гавани Риштеллу. В нем говорилось о сроках перехода через Атлантику, о погоде начала 1493 года. Письмо написано на чистом кастильском языке.
В посланник к Жуану II, сославшись на бурю, изрядно потрепавшую судно и вынесшую его к португальскому берегу, Колумб уведомил короля о вынужденном заходе в устье Тежу, рассказал о сделанных открытиях, попросил позволения купить в Лиссабоне продовольствие и снаряжение.
Этими письмами Колумб передавал себя в руки монархов, страховал корабль от произвола мелких чиновников, неожиданных поворотов судьбы. Теперь никто не смел причинить ему вреда без ведома короля Португалии.
На следующий день из столицы приехали гонцы с известием, что из-за свирепствовавшей в Лиссабоне чумы Жуан перенес свою резиденцию за сорок миль в монастырь Марии Благостной, куда отправлено письмо адмирала. Ответ короля мог прийти в Риштеллу через два-три дня. Хотя Колумб стремился скорее попасть в Испанию, ему пришлось запастись терпением, смиренно ждать монаршей милости. Самовольно уплыть в Палос – значило оскорбить достоинство Его Величества.
В те годы в портах у моряков и горожан существовал обычай посещать прославившиеся корабли. Люди подплывали на лодках и за умеренную плату или за мелкие подарки получали разрешение подняться на борт. Хозяева судна имели от «экскурсий» определенный доход, не мешали матросам принимать гостей. Дважды пересекшая море Мрака «Нинья» представляла для португальцев особый интерес. Они приплывали из Лиссабона и предместий посмотреть на нее. Кастильцы совершили чудо, о котором мечтали поколения португальских моряков. Жители столицы хотели удостовериться в том, что простые люди на маленькой каравелле нашли сказочно богатые земли. Любопытные гости лезли на палубу, заглядывали в закоулки, выспрашивали секреты моряков. Они думали, будто испанцы знали или имели что-то такое, что позволило сделать невероятные открытия. Опасаясь кривотолков, Христофор запретил спутникам рассказывать о деталях похода, сообщать координаты островов. Но разве можно удержать язык за зубами, когда щедро наливают вино, суют в руки шипящее жареное мясо, а не гнилую вяленую рыбу? Поэтому у чиновников возникли сомнения в законности совершенных открытий.
8 марта Христофор получил из монастыря Марии Благостной письмо Жуана с приглашением явиться ко двору. Приглашение – не приказ, но отказаться от королевской милости нельзя. После полудня Колумб отправился в Лиссабон с тремя индейцами и кучей диковинных вещей, образцами плодов, растительности Багамских островов, Кубы, Эспаньолы. Адмирала встречали с почетом, помогали преодолеть трудности пути. Португальцы знали цену заокеанских открытий, умели ценить отвагу моряков. Народ заполнил улицы столицы, чтобы увидеть прославленного капитана с краснокожими туземцами. Христофор стал почти национальным героем, ведь он жил среди горожан, плавал на Мадейру, в Сан-Жоржи-да-Мина. Его судьба – мечта каждого португальца, хоть однажды сходившего в море.
Вечером королевский поезд (вице-королей называли королями) прибыл в городок Саковене. Здесь Колумб переночевал и утром следующего дня приехал в монастырь. После полудня он вошел в покои Жуана.
