«Монсеньор и милый кузен! Вы молоды и многообещающи. Поэтому вы должны с неохладевающим пылом защищать и отстаивать ваши права. У вас уже есть две или даже три вещи, которые, наряду с законностью ваших прав, могут оказаться для вас ценным подспорьем. Во-первых, у вас довольно денег и средств, а во-вторых, ваш задиристый народ рвется в бой и не желает хиреть в праздности. Поэтому вы обладаете великим зачином для того, чтобы требовать и отстаивать на рати то, что принадлежит вам. А вдобавок к этому, скажу, что за морем вы найдете немало добрых друзей, которые, если вам придется начать войну, сразу помогут вам и советом и военной силой. Ибо в этом мире немцы ничего так страстно не желают, как найти какой-нибудь повод и предлог для войны против французских сеньоров, дабы сбить с них непомерную спесь и поживиться за счет их богатств.
Дражайший государь и милый родич! Будьте уверены: хотя Филипп де Валуа был коронован французским венцом, и хотя двенадцать пэров Франции его избрали и возвели на престол, усомнись вы тогда в его правах и пошли вы кого-нибудь их оспорить — никогда бы дело не дошло до его коронации. Конечно, вы поступите так, как вам покажется правильным, но если из-за чрезмерной вялости вы упустите ваше законное наследство, то вместо блестящего будущего вы получите лишь кучу страхов и тревог. И послужит это к вашему великому стыду и к вечному проклятию вашей души и тела.
Поэтому, прежде всего, велите созвать ваших людей и советников. Когда они приедут — сюда ли, в Элтем, или в другое место — я в вашем присутствии, пункт за пунктом, объясню и докажу им все права, которые вы имеете на корону Франции. Затем вы спросите их совета по этому делу, и послушаете, что они вам скажут, дабы в будущем они не смогли отговориться, что вы, мол, не позаботились им разъяснить, какими именно правами вы обладаете на французский престол. Ибо если ваш народ станет вас укорять, что из-за трусости и нерешительности вы без боя отказались от своего, и к вам прилипнет этот грех, то народ сочтет его за ваш великий изъян и сердечное малодушие и скажет, что вы недостойны носить корону. И всю оставшуюся жизнь вас будут одолевать великие подозрения относительно верности ваших подданных, и будете вы в великой опасности. Поэтому, пока не поздно, вам следует этого избежать».
Мессир Робер д’Артуа столь настойчиво донимал юного короля этими предостережениями и уговорами, что тот, наконец, отворил свой слух, встрепенулся и внял его речам. Однако некоторые поговаривали, что он и не посмел бы оставить их без внимания, ибо среди знати и мелкого люда Англии начал уже подниматься великий ропот, и говорили они:
