Жители Гента стали первыми заводилами этой смуты. В те дни, о коих я веду речь, они действовали в союзе с горожанами Дендермонде, Алоста и Граммона и желали подчинить себе все остальные земли Фландрии. И вот, пока английские послы уже описанным образом устраивали свои дела в Валансьенне, среди гентцев выдвинулся один горожанин, по имени Якоб ван Артевельде[1190]. Будучи человеком суровым, умным и на редкость сметливым, он сумел заставить весь город Гент склониться перед своей волей. Поэтому английские сеньоры, гостившие в Валансьенне, прислушались к советам и подсказкам графа Эно и его брата и решили отправить послов к этому Якобу ван Артевельде и гентским горожанам, дабы уговорить их стать союзниками английского короля. Ведь благодаря этому, король и его войска, при необходимости, смогли бы свободно высаживаться во Фландрии.
В Гент отправились епископ Даремский, граф Нортгемптон и мессир Рейнольд Кобхем. По прибытии им устроили весьма пышную, почетную и праздничную встречу. Затем начались переговоры. Якоб ван Артевельде был на них посредником и, ненавидя графа Фландрского, приложил великое старание к тому, чтобы они завершились успешно. В итоге жители Гента дружно пообещали, что если король Англии захочет пересечь море и проследовать, с войсками или без них, через фламандский край, честно расплачиваясь за все вещи, предоставленные местными жителями, то он найдет страну открытой для него[1191]. Ведь, несмотря на то, что жители Брюгге, Ипра и Куртре были настроены против них мятежно и враждебно, гентцы твердо надеялись уже в скором времени объединить всю страну под своей властью.
Это союзное соглашение, заключенное с Якобом ван Артевельде и гентцами, очень сильно порадовало английских посланников. Получив в подтверждение достигнутых договоренностей грамоты, скрепленные печатью города Гента, они вернулись в Валансьенн, к графу Эно и своим товарищам. Там они поведали словесно и с помощью привезенных грамот о том, какие обязательства взяли на себя гентцы по доброй воле. Тогда молвил граф Эно английским сеньорам:
«Милые господа! Ваши дела продвигаются очень успешно, коль скоро вы уже имеете на своей стороне земли Фландрии и Брабанта! Передайте моему английскому зятю, что эти союзы весьма ему пригодятся и облегчат ведение войны. Однако уже ближайшим летом ему обязательно следует пересечь море, дабы лично познакомиться с теми сеньорами и землями, которые желают ему служить. Поэтому, вернувшись в Англию, побудите его к тому, чтобы он прибыл сюда из-за моря с некоторым количеством латников и лучников и велел привезти с собой большую казну, ибо немцы — это очень алчные люди, которые ничего не делают без оплаты вперед».
Английские послы, как вы уже слышали, гостили в Валансьенне с великим почетом. Проведя там более полугода, они истратили уйму денег на подарки для имперских сеньоров, чью любовь они старались завоевать, и на свои мелкие расходы. Наконец, они увидели, что цель, ради которой они туда приехали, уже полностью достигнута, ибо во всех своих действиях они неукоснительно следовали советам графа Эно и его брата. Тогда англичане с ними простились и тронулись в обратный путь. Заехав в Лувен, они нашли там герцога Брабантского, который оказал им очень теплый прием и продержал их подле себя один день в полном довольстве. Английские сеньоры переговорили с герцогом о многих вещах, а затем поехали дальше и прибыли в Антверпен. Там они нашли английские корабли, которые их поджидали, уже полностью готовые к отплытию. Большинство сеньоров оставило своих лошадей в конюшнях Антверпена, поскольку были уверены, что они им там еще понадобятся. Лишь некоторые увезли лошадей с собой в Англию, а иные их просто продали.
Итак, все взошли на приготовленные для них корабли и вернулись без всяких опасностей и неприятностей в Англию. Найдя короля и королеву в Виндзоре, послы рассказали им о своих успехах и о том, каких добрых друзей они теперь имеют за морем. Все эти рассказы и объяснения шли в постоянном присутствии мессира Робера д’Артуа, который очень обрадовался привезенным вестям и молвил королю так:
