«Монсеньор! Я же постоянно вам твердил, что вы найдете за морем больше добрых друзей, чем можете себе представить! Ведь немцы никогда не любили французов, и они сделают вас королем Франции, поскольку ее нынешний король не имеет на трон ни малейшего права. Я уже неоднократно разъяснял вам все пункты и статьи, доказывающие, сколь близки вы к французской короне. Поэтому смело ее оспаривайте и выдвигайте свои требования. Поскольку вам желают помочь отстоять ваше право, то не будьте нерадивы, но настойчиво требуйте то, что должно быть вашим. Этим вы заслужите похвалу и любовь своего народа, ибо он так и рвется в бой. Насколько я могу видеть и понимать, жители Англии мечтают лишь о войне, и вы уже положили для нее превосходное и великое начало, ибо вы столь сильно подчинили себе шотландцев, что они еще очень не скоро оправятся и воспрянут. Этот первый успех сулит вам всяческих благ в дальнейшем, а также то, что добрая удача будет на вашей стороне!»
Так наставлял мессир Робер д’Артуа короля Англии, подбивая его ввязаться в это предприятие и заявить о своих правах на французский престол. И король очень сильно проникся этим замыслом и заявил, что уладит свои дела и, взяв с собой свою жену-королеву, отправится за море. Там он повидает своих родственников и друзей — своего тестя графа Эно, своих кузенов, герцога Брабантского, графа Гельдернского и маркграфа Юлихского, — и приобретет еще новых сторонников. На этом решении остановился названный король, и так же сделали все, кто должен был ему советовать. И велел король мало-помалу заготавливать дорожные припасы, превосходные и великие, как для него самого, так и для его супруги королевы. Все королевство Английское выказало великую охоту помочь государю и делом и средствами: знать была готова ему служить, а купцы — заплатить со своих доходов и своего имущества такой большой налог, что его вполне должно было хватить на затеваемое предприятие.
В ту пору была высватана невеста для мессира Гильома, сына графа Гильома д’Эно. Накануне свадьбы граф посвятил сына в рыцари в своем собственном покое, в Голландском отеле города Валансьенна, в ночь на Рождество Господа Нашего, в год 1336. Вместе с ним обряд посвящения прошли сеньор д’Ажимон[1192], сеньор де Ланс[1193], мессир Жерар де Вершен, сенешаль Эно, и более тридцати юных дворян — все эннюерцы. А сразу после этого была сыграна свадьба названного мессира Гильома с дочерью герцога Брабантского, мадемуазелью Жанной[1194], которая была тогда самой красивой, самой любезной, самой изящной невестой и владела всеми благородными манерами лучше, чем любая другая юная дама, известная в то время. И была она в возрасте четырнадцати лет.
Свадьба была отпразднована в Валансьеннской Зале с великой торжественностью, и на ней пировало очень много сеньоров. Среди прочих там присутствовал и граф Людовик де Блуа, сир Авена, Трелона[1195] и Лувьона, что в Тьераше, ибо совсем недавно он женился на мадемуазели Жанне де Бомон, дочери монсеньора Жана д’Эно. И все-таки там могло быть намного больше французских сеньоров, чем было на самом деле. Но в то время между французами и эннюерцами уже начала проявляться некоторая враждебность и неприязнь по той причине, что граф Эно постоянно принимал в своей стране английских гостей. И хотя еще не было послано никаких вызовов, французы с укором говорили:
