Когда англичане совсем приблизились к Кадзанду, то подняли великий шум своими трубами и рожками. Тут начали их лучники стрелять с великой яростью. Они старались отогнать от берега фламандских воинов и латников, дабы те не мешали их высадке. Завязалась упорная и лютая перестрелка, и старались фламандские арбалетчики что было сил, но англичане не брали их в особый расчет, ибо лучники ведут стрельбу намного быстрей, чем арбалетчики.
В этом положении противники провели изрядное время, пока, наконец, море полностью не отхлынуло назад, и все корабли не остались стоять на песчаной отмели. Затем со всех сторон вокруг них разгорелась великая битва. Граф Дерби и превосходнейший рыцарь мессир Готье де Мони приняли в ней участие и совершили множество ратных подвигов.
Высадка англичан на остров Кадзанд проходила средь жестокой и яростной битвы, ибо охранявшие город фламандцы выказали отменную стойкость в обороне, а англичане — в нападении. По правде говоря, лучники очень сильно досаждали нападавшим и оборонявшимся фламандцам, и находились противники в этом положении добрых четыре часа, попеременно то нападая, то обороняясь. Но, в конце концов, фламандцы не смогли снести и выдержать силу английского натиска и побежали. Ворвавшись в город, англичане захватили его со всеми людьми, которые там оказались. Очень многие при этом были пленены или убиты. Среди прочих в плен к англичанам угодил сам мессир Ги Фландрский, а также двенадцать рыцарей и целых три десятка оруженосцев — все они были дворянами либо из Фландрии, либо из Артуа. А над прочими людьми была учинена великая бойня. Англичане сгоняли их к самому морю и вынуждали в него бросаться, и фламандцы предпочитали лучше утонуть, нежели умереть от копья. Таковы превратности судьбы на войне: мало путей к спасению у разбитых воинов.
Став хозяевами острова и города Кадзанда, англичане его полностью опустошили и разграбили, а затем, уже уходя, предали огню. Вернувшись на свои корабли, они спали и отдыхали до тех пор и столь долго, пока не подул попутный ветер. Хотя жители Брюгге, Дамме и Эклюза были хорошо осведомлены о разорении, постигшем Кадзанд, они, тем не менее, весьма радовались, что англичане освободили морской путь от тех, кто слишком долго держал его закрытым.
Когда англичане дождались попутного ветра, то снялись с якоря и поплыли обратно в Англию, увозя с собой добычу и пленников. Так, используя ветер, они плыли, пока не вошли в устье Темзы и не высадились на лондонской пристани.
Этой победой молодой граф Генрих Дерби, еще совсем недавно посвященный в рыцари, снискал себе великий почет и громкую известность. Так же прославились и его соратники — особенно мессир Готье де Мони. И вот уже разнеслась весть по Фландрии, Франции и другим землям о том, что воины, долгое время сидевшие гарнизоном на острове Кадзанд, теперь полностью разбиты, а сам город сожжен до такой степени, что его жители даже не знают, куда податься. Граф Фландрский был по этому поводу весьма расстроен, а Якоб ван Артевельде и его сторонники — обрадованы.
Хотя остров Кадзанд теперь был очищен от тех фламандских рыцарей и оруженосцев, которые долгое время его стерегли по приказу графа Фландрского, торговля и связанные с нею прибыли не вернулись сразу же в земли Фландрии, ибо Якоб ван Артевельде чинил тому препятствия. Сейчас я вам расскажу как.
Истинно то, что английские купцы, хранившие в лондонской гавани и иных местах огромное количество мешков с шерстью, мечтали поскорей сбыть их с рук и получить за них деньги. В свою очередь брабантские и фламандские купцы и суконщики тоже очень желали их приобрести и скупить, дабы отдать их ткачам, которые наделали бы из шерсти сукна. Ведь так уж повелось, что все страны живут и снабжаются одна за счет другой и взаимозависят. Якоб ван Артевельде все прекрасно знал и понимал насчет этой торговой необходимости. Поэтому сразу после битвы при Кадзанде он написал королю Англии и его советникам, чтобы они вовсе не спешили слать во Фландрию и Эклюз английские товары, но строго придерживали их вплоть до того времени, пока не получат от него новые вести. Английский король и его советники, желавшие во всем полагаться на Якоба ван Артевельде, последовали его письменным указаниям, дабы поглядеть, что он захочет сказать и сделать далее.
Когда жители Брюгге, Дамме, Эклюза, Ипра, Куртре и Вольного Округа увидели, что после битвы при Кадзанде морской путь стал открыт не более, чем прежде, то начали повсеместно роптать и говорить друг другу в своих городах:
