И вот однажды граф выехал из своего стана, и его дядя с ним за компанию. Они направились в сторону Мортаня и вели с собой целых семь сотен копий немцев и эннюерцев. Когда они туда прибыли, то названный граф послал к валансьеннцам приказ, чтобы они явились к нему со всем снаряжением и припасами, необходимыми для штурма Мортаня. Увидев и услышав графский приказ, валансьеннцы соответственно изготовились и погрузили на повозки осадные машины, шатры, палатки, продовольствие и артиллерию. Затем они выступили из Валансьенна, двенадцать тысяч числом, и возглавляли их два городских прево, Жан де Бэсси и мессир Жиль Ле-Раммонье. Сначала они прибыли в Конде, дабы перейти там через две реки, Энн и Л’Эско, а затем продолжали путь пешком и верхом до тех пор, пока не оказались под Мортанем. Там они нашли графа, который крайне обрадовался их прибытию. Затем они раскинули лагерь, и было рассмотрено, как будет лучше вести штурм Мортаня и наносить урон его защитникам. Ибо граф Эно испытывал великое стремление его захватить и твердо заявлял, что если им завладеет, то уже никогда не отдаст назад.
В ту пору капитаном Мортаня был один очень храбрый рыцарь, которого звали сир Эдуард де Боже. Вместе с ним там находилось много бургундцев и савойцев — все отборные воины. Прежде чем эннюерцы пришли под Мортань, сир де Боже приказал вбить в дно Л’Эско не менее двенадцати сотен кольев, дабы на реку нельзя было вывести никаких штурмовых нефов. Кроме того, французы основательно починили и укрепили городские стены, ибо не сомневались, что в случае осады Турне им тоже придется выдержать приступ.
И все-таки, несмотря на эти меры, граф Эно, вместе со своими голландцами и эннюерцами, не побоялся подступить к городу с одной стороны, а валансьеннцы — с другой. Штурм Мортаня начался сразу с двух сторон и велся против двух ворот. Сир де Боже сражался на самом слабом участке стены, обращенном к Мод, у тех ворот, которые смотрят на Скарп. А его кузен, сир де Сен-Жорж[1263], защищал ворота, которые были обращены к Л’Эско и от которых шел путь к городу Антуэну, что в Эно. Валансьеннцы воздвигли одну большую осадную машину и две спрингалды. Машина метала в город тяжкие валуны, а спрингалды — большие ядра. Валансьеннские арбалетчики тоже непрестанно стреляли по защитникам города, так что многие из них были ранены стрелами.
Сир де Боже был рослым и сильным рыцарем. Сражаясь, он храбро и ловко орудовал копьем с добрым железным наконечником. У этого наконечника был крюк, с помощью коего рыцарь старался поддеть и зацепить кого-нибудь из нападавших, а потом тянул его к себе столь сильно (ибо руки у него были крепкие), что тому волей-неволей приходилось идти к нему. Действуя таким образом, сир де Боже совершил в тот день множество ратных подвигов, и не было средь нападавших такого человека, который не устрашился бы его.
Эннюерцы провели под Мортанем три дня и три ночи, почти без отдыха устраивая стычки и приступы. Однако, если город хорошо штурмовали, то и обороняли его тоже неплохо, как это явствует из итогов осады. Ибо эннюерцы ничего не смогли захватить, ни с помощью машин, привезенных ими из Валансьенна, ни как-нибудь иначе. Раненых и зашибленных средь них оказалось больше, чем средь французов, ибо, если говорить здраво и взвешенно, то Мортань надо признать очень укрепленным местом. А в те дни его защищали латники, добрые, мудрые и решительные, и оборонительных приспособлений в нем было достаточно, чтобы отстоять крепость с куда более слабыми укреплениями, чем были у него.
Когда граф Эно, его дядя и их советники увидели, что, штурмуя Мортань, они лишь напрасно тратят силы, и что его невозможно ни взять, ни принудить к сдаче, то решили из-под него уйти и направиться в другую сторону — к Сент-Аману. Поэтому осадный лагерь был свернут, и все латники и пехотинцы двинулись к Сент-Аману.
В те дни Сент-Аман не был укреплен палисадами, и французские сеньоры послали в него капитаном рыцаря, коего звали мессир Пьер де Каркассон. По прибытии в город рыцарь внимательно оглядел его подступы и проверил надежность укреплений. В итоге, все хорошенько взвесив, он сказал, что, по его мнению, город Сент-Аман невозможно будет отстоять против большого числа латников и пехотинцев, если те пожелают честно выказать себя при штурме. «
