Из кухни, неся в каждой руке по блюду, вышла братаниха.
– Подойди, Сал, когда освободишься.
Вскоре она приблизилась.
– Как думаешь, ты с детьми смогла бы здесь управиться без меня? Несколько недель?
– Конечно, а что? – Она явно удивилась.
А потом быстро взглянула в дальний конец зала.
– Возможно, мне придется уехать на время. На душе будет спокойнее, если за «Лилией» присмотрит кто-то из родни. Я не доверяю Лизе.
– Что, от нее никаких вестей?
– Никаких. Когда умер ее отец, ты небось ждала, что она объявится?
– Может, просто болтается где-то и еще не слышала?
В голосе Сал не было уверенности. Наверняка подозревает, что Шед имеет какое-то отношение к отсутствию Лизы. Слишком много людей пропало из его окружения. Шед боялся, что Сал в конце концов поймет: в исчезновении Дурня виновен тоже он.
– Ходит слух, что ее арестовали. Позаботься о моей маме. За ней ухаживают хорошие люди, но и за ними нужен пригляд.
– Куда ты собрался, Маррон?
– Еще не знаю.
Он побаивался, что это может быть просто путь наверх, в Выгородку. Но если не туда, то уж всяко подальше от того, что здесь происходит. Подальше от этих жестоких солдат и их еще более жестоких командиров. Надо поспрашивать Асу насчет Взятых. Может, Ворон рассказал ему что-нибудь.
Шеду хотелось выбрать момент и договориться о чем-нибудь с Асой. Например, об их побеге. Но не на том тальварском корабле. Черт, зря коротышка проболтался. На каком-нибудь другом, идущем на юг.
А что стало с огромным новым судном Ворона? И с Душечкой?
Он подошел к столику:
– Аса, что там с Душечкой?
Аса покраснел и уставился на свои сцепленные руки:
– Не знаю, Шед. Честно. Я сильно испугался и просто сбежал на север. Уплыл на первой же лохани.
Шед отошел, в отвращении качая головой. Бросить девочку в беде… Да, все-таки Аса не сильно изменился.
Вошел человек из Черного Отряда. Ростовщик не успел ничего сказать, а Гоблин уже направился прямиком к Асе.
– Ой-ой-ой! – проговорил Гоблин. – Я не обознался, Ростик? Это тот, кто нам нужен?
– Точно. Пресловутый Аса собственной персоной, возвратился с поля брани. И у него есть о чем рассказать.
Гоблин уселся напротив Асы. На физиономии появилась жабья улыбка.
– Итак?
– Он утверждает, что Ворон мертв, – сообщил Ростовщик.
Улыбка исчезла. В мгновение ока Гоблин сделался чертовски серьезен. Он заставил Асу заново рассказать о случившемся на юге. Сам тем временем сидел, уставившись в кружку с вином. Когда наконец поднял голову, на лице было усталое выражение.
– Надо все обсудить с Эльмо и Костоправом. Молодец, Ростовщик. Я забираю его. А ты приглядывай за нашим приятелем Шедом.
Тавернщик вздрогнул. У него теплилась надежда, что оба уйдут с Асой.
Он уже решился бежать при первой возможности. Перебраться на юг, сменить имя, на золото купить таверну… Действовать надо осторожно, чтобы никто и никогда не смог его найти.
Аса попытался сопротивляться.
– Черт побери, да кто вы такие? Предположим, я не желаю с вами идти!
Гоблин зловеще улыбнулся. Он что-то пробормотал на одном дыхании, и из кружки выползло облако темно-коричневого дыма. Изнутри оно светилось кроваво-красным. Гоблин в упор смотрел на Асу, а тот испуганно таращился на посудину.
Дым сгустился и принял форму небольшой головы. В тех местах, где должны быть глаза, замерцали красные точки.
– Мой маленький друг, – сказал Гоблин, – будет рад поспорить с тобой. Он питается болью. И он давно ничего не ел. В Можжевельнике ему живется несладко.
Глаза Асы совсем округлились. У Шеда тоже. Колдовство! Он почувствовал его в той твари, во Взятой, но тогда оно не было столь явным и потому не особо его напугало. С Лизой что-то случилось, но не на его глазах. А теперь…
Вообще-то, это слабое колдовство. Всего лишь хитрый фокус. Но в городе есть и другое, недоступное постороннему взгляду. Его наблюдают только те, кто имеет самое прямое отношение к росту Черного замка. В Можжевельнике темные магические искусства не приобрели популярности.
– Ладно, – сказал Аса, – будь по-вашему.
Прозвучало противно, это был почти писк. Аса попытался отодвинуться вместе со стулом назад, но Ростовщик не позволил.
– Ворон упоминал Гоблина, это хорошо, – ухмыльнулся человек с жабьим лицом. – Ты будешь паинькой. Идем.
Ростовщик отпустил стул. Аса покорно последовал за Гоблином.
Шед придвинулся и посмотрел в кружку колдуна. Ничего. Он нахмурился. Ростовщик оскалился:
– Ловко, да?
– Да…
Шед пошел с кружкой к мойке. Улучив момент, когда Ростовщик отвлекся, бросил посуду в мусор. Давно он не испытывал такого страха. Разве можно сбежать от колдуна?
В памяти всплыли рассказы, услышанные от южных моряков. Связываться с чародеями – что может быть хуже?
Хотелось плакать.
Гоблин привел ко мне Асу и настоял, чтобы мы дождались Эльмо, прежде чем начнем допрос. Он послал кого-то в Черепицу с поручением найти сержанта, в настоящий момент пытавшегося задобрить Шепот. Ежедневно получая от Госпожи выволочки, она срывала злость на всяком, кто попадался под руку.
