— Раз те лесные люди не культисты, значит, у них нет слов! И они не выжили бы после поглощения ядра! А без ядра они не смогли бы убить адептуса, — горячо возразил я.
— Что есть адептус? — с грустной улыбкой спросил старик. — Тот же новус, только с ядром. Да, он быстрый, сильный, крепкий, может чувствовать течение спиритуса, но не более. Верно пущенная стрела убьет его так же, как и обычного человека.
— А сапиенса?
— И сапиенса, если тот не успеет защититься. А вот кустоса, — предвосхищая мой следующий вопрос, сказал брат Илдрос, — стрелой убить не выйдет. Мы можем выпускать спиритус из тела и придавать ему нужные свойства, к примеру, уплотнить и сделать невидимый щит. Или сделать вот так.
Кустос едва двинул пальцем, и я ощутил, как меня кто-то схватил за горло и начал давить. Я захрипел, замахал руками, чтобы оторвать невидимые пальцы от своей шеи, но ничего не мог нащупать. А потом меня отпустило, и я задышал свободно, с ужасом глядя на немощного с виду старика.
— Хе-хе-хе… Нельзя недооценивать кустоса, особенно того, кто прожил столько лет.
Настоящее колдовство! Он ведь даже не сказал ничего! Да ему даже оружие не надобно, чтобы убить. Почему же такого сильного человека забыли в либрокондиуме? Если бы Фалдос увидал, что может кустос, он бы из кожи вон лез, чтобы стать адептусом.
— Это и есть спиритус? — выдохнул я. — Как же его почувствовать?
— Значит, ты поглотил третье ядро. Чудно! Почему тебя взяли в культ, если ты уже был новусом? Адептус должен был ощутить твой спиритус, — задумался старик. — Сколько времени прошло с первого ядра до твоего прихода в культ?
Я попытался посчитать. Отчим помер между сенокосом и страдой, почитай, в середине лета, а в Revelatio я пришел весной.
— Месяцев семь-восемь.
— И много ты трудился в те месяцы?
Вся страда, потом обмолот, потом сточная канава, плети, драки с Ломачом…
— Да уж немало.
— Значит, ядро полностью впиталось в твое тело, потому и не почуяли. Магистр мог бы тебя заприметить, но, видать, не стал прощупывать, — старик вздохнул. — Да уж, столь долгое перемирие меж культами пошло не на пользу. В былые времена культы часто подсылали учеников, чтобы разузнать чужие тайны, потому и появился обычай, что магистр должен сам приветствовать всех претендентов. Только кустос сможет распознать человека, уже съевшего ядро. М-да, Revelatio уже совсем не тот. И магистр слишком молод и неопытен.
— Так про спиритус… — в третий раз намекнул я.
— А что спиритус? Рано тебе еще. Одно ядро ты взял, второе растратил на рану, третье только-только поглотил. Сначала надобно все тело напитать этим спиритусом, лишь потом, когда некуда ему будет вливаться, ты сумеешь ощутить его течение.
— А есть ли секрет, чтобы поскорее впитать силу ядра? Брат Гримар велел много трудиться, чтобы успеть до осени, и я каждое утро бегаю с тяжелым грузом, потом фехтую в оружейной, но этого, наверное, мало.
Старик Илдрос ласково глянул на меня. Видать, по душе ему пришлось мое рвение.
— В былые времена ядра новусам давали не по дням, а по надобности. Некоторые ухитрялись за год и четыре ядра взять, но трудились они немало. Чтобы помочь, наши мастера придумывали всякие хитрости для угнетения тела. Хочешь, чтобы я подсказал, как побыстрее усвоить ядро?
— Да, брат Илдрос.
— Тогда для начала изведи крыс в либрокондиуме!
Заслушавшись, я почти позабыл о деле, которое меня сюда привело.
— Конечно! Сейчас же и займусь!
Я схватил фонарь и принялся осматривать стены в поисках щелей…
В первую ночь я заделал самые явные норы, расставил ловушки, присыпав их опилками с овсом, отследил, откуда появились крысы, и те ходы тоже замазал глиной, в которую вмешал растертый в порошок перец. Полночи провозился и знал, что придется покараулить еще несколько ночей, но мне это было в радость. Еще бы пару хорьков! Я мельком осмотрел полки с книгами и крыс там не приметил, только это ничего не значит. Крысы ловки и хитры, могут укрыться даже в небольшой щели, хорьки бы их вмиг вынюхали и придушили. Может, какая-нибудь и попадется в мою ловушку.
Скорее всего, я изничтожил всех крыс еще в первый раз, но для надежности я провел в либрокондиуме еще три ночи. Не хотелось бы вызвать недовольство брата Илдроса, мало ли что он вытворит? Возьмет и придушит своим спиритусом.
На четвертый день пришел к кустосу за обещанной помощью.
— Брат Илдрос, крысы повыведены, все их норы заделаны, — доложил я.
— И что? — хмуро спросил старик, захлопывая книгу.
— Ты обещал, что поможешь с усвоением ядра.
— Я обещал? Поклялся именем культа? Подписал какую-то бумагу?
Кустос нынче явно был не в духе, и я не знал, что послужило тому причиной. Или кто. Может, я попросту ему надоел? Может, он привык к уединению и тишине, а тут каждый вечер приходит кто-то, топает, разговаривает, книги трогает.
Я не стал настаивать и тихонько ушел. В другой раз поговорю с ним.
