Створки медленно поползли наружу. Брат Краст выждал, пока они распахнутся до конца, а потом въехал во двор, следом за ним тронулись и все остальные. Внутри я увидел большую конюшню, несколько домов, сложенных из камня, шатры, людей культа и, как ни странно, разгуливающих повсюду кур. Уже потом в стороне я углядел сам курятник.
С башни спустился тот самый брат Орвин, с виду обычный мужчина лет пятидесяти, только чересчур бодрый для своих лет. У меня в деревне мужики на десять — пятнадцать лет моложе выглядели бо́льшими развалинами, чем он. Орвин покровительственно похлопал по плечу брата Краста:
— А ведь когда-то именно я привез тебя впервые к хребту.
— Да, только припоминаешь это уже лет тридцать.
— Не для тебя стараюсь, а для твоих щенков. Пусть знают, что и ты был безусым новусом, что пугался любого шума.
— Не к лицу великому Орвину ложь, — покачал головой Краст. — Сам знаешь, что это не так.
— Откуда ж мне знать? Я тебя в том походе и не запомнил толком. Очередной нахальный новус!
Краст спешился, мельком глянул на нас и махнул рукой с поводьями. Я тут же покинул седло и принял его коня под узду.
— Ну как, не хмурится ли дедушка в этом году? — спросил Краст.
Я навострил уши, прислушиваясь к разговору двух сапиенсов. Хоть я и не видел Орвина прежде, но если он уже лет тридцать назад водил отряды к хребту, значит, уже тогда был по меньшей мере адептусом.
— Дед-то не хмурится, сидит спокойно, а вот его домочадцы… Я десять человек потерял, Краст. Давно такого не было. И ведь не с первогодками пришел, а с опытными людьми.
— Звери? — посуровел тот.
— Здесь, у подножия? Я же не юный глупец, жаждущий славы, далеко наверх не подымался. Нет, это люди.
— Культы? Или дикие?
Орвин досадливо прицыкнул:
— Вот не могу тебе твердо ответить. Вроде бы и дикие: стрелы с ядом, повадки те же, одежда опять же, но всякий раз есть что-то такое… Чутье подсказывает, что не они это. Или мне уже на старости лет мерещится невесть что.
— Далеко тебе еще до старости, — с неслыханной теплотой в голосе сказал Краст. — Сколько там набежало? Лет семьдесят?
— Семьдесят три, — усмехнулся Орвин.
— Если бы не ходил к хребту, давно б уже кустосом стал и еще столько же прожил бы.
— Ну, видно, пришла моя пора. Вернусь и больше никуда не поеду. Буду сидеть в замке, гонять новусов и адептусов, пить мерзкие зелья и сращивать ядра.
Краст громко расхохотался:
— Уж сколько раз я это слышал, а все одно — встречаюсь с тобой здесь, у хребта.
Тут меня окликнули сзади. Я оглянулся и понял, что заслушался разговора меж старшими и едва не увел Крастова коня к шатрам вместо конюшни. Пришлось возвращаться, расседлывать лошадей, выяснять, где будет жить Краст, чтоб подготовить то место к ночлегу. К старшим подходили их знакомцы и расспрашивали о последних событиях в Фалдории, первогодки же, как и я, бегали по лагерю и делали то, что должно.
Из обрывков чужих разговоров я понял, что этому отряду пришлось несладко. Мол, обычно дикие сторонятся лагерей культистов, держатся поодаль и нападают лишь на отставших или заплутавших. А этим летом они будто обезумели: не раз обстреливали новусов неподалеку от лагеря, устраивали ловушки, а один раз напали на группу в десять человек. Меньшим числом Орвин запретил выезжать. И хуже всего, что их наши культовцы никак не могли поймать. Меж нападениями дикие пропадали начисто — ни следов, ни укрытий. Наши подозревали, что дикие неподалеку поставили свой лагерь, но где именно — неизвестно.
Я помнил, что вместе с этим отрядом ушел и брат Арнос, только почему-то не мог его найти. Может, он погиб? Я хотел разузнать, что там да как, но Фалдос велел нам с Ренаром явиться в шатер Краста.
Когда мы вошли внутрь, Краст велел нам принести столы, лавки, стулья, вино из повозок и подготовить всё для пира. Понятное дело, большую часть хлопот мы переложили на слуг, но и нам пришлось немало побегать. Где охладить вино? Куда подевались подсвечники? Хватит ли серебряных ложек на всех? Успеет ли зажариться молодой кабанчик?
К тому времени, когда к шатру начали стягиваться гости, мы уже готовы были отправиться на хребет без оружия, только бы не думать об этом долгоровом пире. Сначала расселись адептусы из обоих отрядов, и среди них Арноса не было. Неужто и сюда дотянулась длиннющая рука командора? Или наставнику попросту не повезло? А потом пришли сапиенсы.
— Б-брат Арнос? — неуверенно окликнул я одного из них.
Вроде бы лицо то самое, но вроде бы и нет. Вместо длинной косы — неровно остриженные короткие волосы, вместо бледной кожи — плотный загар, от макушки и до виска тянулся извилистый багровый рубец, едва не доставший до уха. Изменилась даже походка, даже взгляд. В замке Арнос держался строго и отстраненно. Единственный раз он позволил чувствам взять верх — в оружейной, когда чуть меня не забил до смерти.
— Лиор! — широко улыбнулся прежний наставник. — Добрался-таки до хребта? Ладно, после поговорим. Есть хорошие вести для тебя.
