Карьера — которую Стефан строил столько лет! — рушилась из-за брата и его необдуманных поступков. Какие демоны потащили Вронежского искать следы своего пропавшего поместья именно сейчас, когда политическая обстановка была крайне нестабильной? Спустя двадцать пять лет затишья в Соснопене, в мятежной колыбели семей Вечных снова вспыхнули беспокойства. Власть захватила некая Баронесса, которую поддерживало не высшее общество, а простой народ, уставший от междоусобиц. Ходили слухи, что Баронесса — прямой потомок исчезнувшего рода Орефица и косвенно имеет родство с Вронежскими. Едва оказавшись у руля и объявив Соснопень независимой республикой, Баронесса приказала лишить оставшиеся зажиточные семейства Вечных, а также все приближённые к ним семьи имущества и изгнать на территорию Империи. Исчезновение графа Вронежского — единственного наследника своего рода — бросало тень на всех приближённых к нему. Почему Дэниелу было так сложно переждать бурю спокойно в столице, не привлекая к себе излишнего внимания?
Ещё и мать временами впадала в истерическое безумие и ничего ему не объясняла, ссылаясь на необходимость отдыха от суеты в загородном доме. На странности в её поведении и внезапные исчезновения он уже устал обращать внимание: нравится торчать неделями за городом вдали от цивилизации, пусть торчит. Лишь бы поменьше вмешивалась в его дела. Терпеть ещё и её нападки не было ни желания, ни сил.
Очередные проблемы с поставками контрафакта вынудили обратиться за помощью к старику Ланцу, но тот ответил сухим отказом, словно его попросил об одолжении не жених с улицы, а случайно встреченный проходимец. Старый трус!
Глубоко вздохнув, Стефан покосился на наручные часы и схватился руками за спинку кресла. Его посетитель опаздывает. Стефан терпеть не мог непунктуальных личностей, но ситуация вынуждала.
За дверью в коридоре послышался шум. Торопливый стук каблуков. Снова возня. Стефан успел повернуться к двери раньше, чем та распахнулась, впустив пунцовую Августину. Сестру безуспешно пытался сдержать дворецкий, который в ответ на короткий взгляд барона лишь развёл руками:
— Я пытался остановить госпожу, но…
— Всё в порядке, Гораций, — прервал поток извинений Стефан, не сводя глаз с сестры. Августина изящно откинула подол, опустилась в кресло и выжидающе уставилась на него. Словно не она бежала наперегонки с дворецким, который не слишком торопился уходить. «Всегда держать лицо», — как наставляла её тётушка Мишель. К чему было держать это пресловутое лицо сейчас? Стефан криво улыбнулся своим мыслям и махнул дворецкому, чтобы тот наконец скрылся.
Августина растолковала улыбку как приветствие и сухо кивнула. Её нетерпение выдавал лишь подергивающийся под подолом кончик туфли. Едва дверь за дворецким закрылась, держащаяся на лице маска спала и девушка дрожащим голосом торопливо заговорила:
— Прислали предписание уничтожить виноградники. Приезжала комиссия, они сочли наши доводы недостаточно убедительными. Разрешили оставить только один. Для личного пользования, — лицо Августины перекосилось, но плакать она не собиралась. — Я не знаю, что мне делать и как спасти виноградники отца. Столько лет, столько труда вложено и всё уничтожить из-за дурацкого закона хлюпика, который пить не умеет и блюёт за портьерами⁈
Стефан с усилием подавил усмешку. Ситуация была прескверной. Для Плевако виноградники были единственным источником дохода. Годовой доход с адвокатской конторы едва перекрывал содержание крохотного особняка и самой Августины.
— Придётся снова влезть в деньги Вронежских, — Стефан покачал головой. — Я уже прилично задолжал брату. Вездесущий Иблис перекрыл ещё один канал поставок. Что ему не сидится в своём отделе по наследственным делам⁈
— Может, предложить ему долю от поставок?
Стефан сел в кресло и закинул ногу на колено.
— Нет… боюсь, тут личные счёты. Он лицемерно улыбается, набивает нашим табаком свою трубку и чужими руками уничтожает все наши источники дохода, словно сорняки. Он отравляет жизнь всем, кто связан с Вронежскими.
— Но даже это не убедит тётушку разорвать помолвку, — мрачно изрекла Августина и поднялась с кресла.
— Оставила бы ты эту затею… — начал было Стефан. — От Иблиса тебя это уже не спасёт…
— Проблема не во мне, а в твоём брате, — резко перебила его девушка, направляясь к дверям. — А я не собираюсь ходить в невестах до собственных похорон! Гораций бормотал, что ты ждёшь гостя. Поговорим позже.
Выходя из гостиной, она едва не столкнулась с ожидающим за дверью посетителем, но удачно разминулась и растворилась в сумраке коридора.
Окинув взглядом долговязую фигуру с нелепо приделанной головой на тонкой шее, Стефан вгляделся в мрачный коридор за спиной посетителя, не к месту подумав, что Августина становится похожа на его мать больше, чем на собственную.
— Входи, Тремс, — барон Ашпер приглашающе махнул рукой в сторону кресел перед собой.