— Нет у нас никаких отношений! — Несса закрыла лицо руками и глубоко вздохнула. Если так считают девочки, то что уж думать про остальных?.. — Мы просто…
— Ну да, ну да, — не расслышав бормотания подруги, достаточно громко проговорила Аглая и наложила гору салата из общей миски. — А то мы не знаем, отчего у тебя губы были припухшие, — равнодушно добавила она, накалывая помидор на вилку и не глядя ни на кого.
Несса густо покраснела и опустила глаза. Нонна подняла голову, покосилась на блондинку и едва заметно покачала головой, дёрнув бровью и поджав губы.
Главе поселения большую часть времени было абсолютно всё равно, чем занимается каждый по отдельности обитатель посёлка. Он и ещё около ста переселенцев жили в полном уединении в домах на островке и были скрыты от посторонних глаз крепостью с одной стороны и широкой полосой реки с другой. Главой мужчину никто не провозглашал, он сам себя объявил руководителем и ради этого, будучи совершенно нерелигиозным человеком, сумел выстроить доброжелательные отношения с местным волхвом. Последний даже позволил проводить собрания в стенах храма за неимением другого подходящего места.
Собрания каждое утро в храме напоминали политическую проповедь. Аглае и Нонне было достаточно один раз поприсутствовать на них, чтобы никогда больше не появляться. Нонна пропадала на соседних заброшенных участках, ворожа растения на богатый урожай. Ей удалось заставить плодоносить две яблони, вишню, сливу и грушу, какие–то ягодные кусты, овощи и травы. С заготовками Аглая прекрасно справлялась сама. Глава поселения предпочитал закрывать глаза на странное появление из ниоткуда овощей и фруктов.
Несса исправно продолжала ходить на собрания в храм небесников. Для этого ей приходилось вставать на час раньше, чтобы успевать выскальзывать на пробежки, пока в баки заливается вода. У девушки возникло подозрение, что мужчина мог быть лично знаком с Баронессой. Несса давно не пыталась выполнить свою миссию или добыть информацию для Магистра (откровенно говоря, она напрочь забыла об этом), но считала своим долгом знать больше о таинственной женщине, поднявшей на бунт целую республику. В конце концов восстание затрагивало интересы её семьи — родовое поместье Ланцев вместе с родовыми землями располагалось на территории Соснопеня.
Ранним утром, когда все собирались в сумрачном помещении, Глава появлялся самым последним и вызывал бурные приветственные аплодисменты.
— Я хочу прочитать Вам одно писание небесников, которое нас заставит сегодня задуматься, не зависимо от того, верите Вы в небесного бога или не верите, — разнёсся под сводами храма шелестящий голос Главы. Он специально говорил тихо, чтобы в небольшом душном помещении царила тишина. — «Вы не войдете в новую жизнь, если вы не будете держать разум на небе, не важно, где Вы — Ваш разум должен быть там.» О чём нам это всем говорит? Важно не только верить, но и помнить! Помнить о высшей светлой цели, о благе общества. То, для чего мы здесь ежедневно собираемся и работаем. Вы не войдете в новую жизнь, Вы не достигнете нашей высшей светлой цели, если не будете держать это в разуме. Вы всегда должны помнить, что всё, что Вы делаете, делается во благо нашего общества и для достижения высоких целей, обозначенных нашей великой благодетельницей, госпожой Баронессой. Не важно где Вы, Ваш разум должен быть с ней! Это самая мощная, самая действенная демонстрация единства цели и дум нашего общества.
Несса подавила зевок. Глава поселения возводил Баронессу в лик святой наравне с небесными богами. Странно, что это не вызывало никакого неудовольствия со стороны волхва. Несса пыталась слушать, но с каждым днём речи Главы всё больше походили на религиозные проповеди, и имя этой новой религии — Баронесса. Глава не говорил ничего конкретного, лишь ежедневно повторял о «высоких светлый целях», «идеалах нового общества» и «благодетельнице Баронессе».
Несса всерьёз обдумывала начать пропускать собрания.
Глава заканчивал с чтением проповеди, которая состояла из одинаковых конструкций и фраз, произносимых в случайном порядке и не имеющих никакого тайного смысла, кроме промывки мозгов. Несса пошевелилась, собираясь выдохнуть и покинуть душное мрачное помещение, пропитанное смрадом десятков тел. По какой-то причине многие переселенцы мылись лишь раз в неделю в реке, а некоторые не мылись вовсе.
Откашлявшись, Глава приподнял руку, призывая к тишине и заговорил снова:
— Как все мы знаем, время перемирия закончилось две недели назад. Сегодня, в пятнадцатый день седьмого месяца, наша благодетельница попросила меня донести до всех Вас важную, но печальную новость: войска Императора-захватчика выдвинулись на наши земли! — в голосе Главы зазвучали истерические нотки. — Нашей армии требуются добровольцы!