Мне отвели прилавок ближе к середине полумесяца. По правую руку от меня расположился Эмиль Тургао, тут же обложившийся многоярусными полками со специями.
Слева же место пока пустовало. Впрочем, до него мне дела не было. Я принялась шустро выкладывать на красивые блюда, которые откопала в доме Годфри и тщательно отмыла, свою выпечку. Под прилавок я спрятала миниатюрную печку, которую одолжила мне Эльза.
У меня был план, связанный с ней, и я надеялась, что смогу достойно воплотить его в жизнь!
Ведь главное что? Продать как можно больше выпечки и выручить как можно больше денег. А для этого надо привлечь как можно больше народа…
Напевая под нос песенку, я аккуратно раскладывала всё на прилавке. Черныш тёрся под ногами, то и дело норовя ухватить что-то со стола, но я мягко осаживала его.
Сияло солнышко, радостно переговаривались другие торговцы, откуда-то лились гитарные переборы – похоже, где-то неподалёку музыкант настраивал свой инструмент. В вышине ярко-голубого неба щебетали птицы.
И казалось бы, живи да радуйся! Но сердце у меня всё равно было не на месте…
Ведь Орландо и Эрнест до сих пор не вернулись! С каждой новой минутой их отсутствия тревога только росла.
И даже попытки отвлечься на обустройство прилавка слабо помогали.
Я вдруг поймала себя на том, что уже битых три минуты пытаюсь стереть пятнышко с досок прилавка. А это просто сучок!
Утёрла лоб и сердито вздохнула.
Никогда бы не подумала, что буду так переживать из-за Рейвенна!
Вдруг на прилавок упала большая кряжистая тень.
– Вы же Милена, верно? – прогудели над ухом два грубых мужчких голоса.
Я подняла глаза и обмерла.
Передо мной стояли двое мужчин. Один низкорослый и коренастый, а второй – худощавый и будто бы смутно знакомый.
– Здрасьте… – осторожно сказала я, – мы знакомы?
Худощавый дёрнулся что-то сказать, но коренастый опередил его. Хлопнул рукой по моему прилавку так, что я и всё, что на нём стояло, подпрыгнули, и заявил:
– Я Ирек, из банды Эрнеста Грейхаунда. Он велел около вас стоять, чтобы вас никто не обидел! Так что подвиньтесь, я рядом встану.
– А я Луций, – перебил его худощавый. Он всё время бросал на меня какие-то странные обиженные взгляды, – господин Рейвенн послал меня, чтобы я приглядывал и за вашим порядком и безопасностью.
И тут я вспомнила, где его видела! Это же этот человек шпионил за мной, когда я только приехала в Шварцвальд.
А теперь Рейвенн отправляет его позаботиться о моей безопасности. Вот умора!
– А что, – ехидно хмыкнула я, – шпионством много нынче не заработаешь?
Ирек непонимающе посмотрел на Луция, а тот нахохлился.
– Не судите огульно, госпожа Лави, – с видом уязвлённой гордости заявил он, – я всего лишь выполнял свою работу! Как и выполняю её сейчас!
– Ладно-ладно, – беспечно отмахнулась я, – если уж вас попросили меня охранять, охраняйте. Главное, торговле не мешайте, а я вас потом вкусными булочками угощу.
Бросая друг на друга подозрительные взгляды, Луций и Ирек замерли за моей спиной. Похоже, в своём ремесле они привыкли подчиняться и не отсвечивать лишний раз. Потому что стоило им застыть, как они парадоксальным образом смешались с окружающим пейзажем. И это даже без специального камуфляжа! Может, чары какие-нибудь?
Так или иначе, над площадью пролетел мелодичный звон. Это ударили в большой колокол на ратуше в качестве сигнала к старту Ярмарки.
Торговля закипела. Ярмарку тут же наводнили люди. Примчался и Ярик, которого я попросила мне помочь. Черныш занял почётное место под прилавком и сурово зыркал на всех проходящих мимо. Над их головами понёсся хохот, оживлённые разговоры, конское ржание и гитарное бреньканье.
Я вдохнула полной грудью ароматы Ярмарки. Это было неописуемо! С одной стороны понёсся одуряющий запах жарящегося мяса, с другой – сладких конфет, с третьей – какого-то аппетитного супа, судя по аромату – грибного.
К моему прилавку повалили люди. Видимо, слава обо мне успела разнестись по всему Шварцвальду, потому что у меня наперебой просили те самые булочки с беконом и булочки с орехами. И, конечно же, кайзерки!
Кстати, то ли так хорошо работал оберег Булчека, который я пришпилила к своему платью, то ли люди в целом были настроены доброжелательно, но никто не пытался как-то навредить моему прилавку или выпечке.
Или же всё дело в Иреке и Луции, безмолвными статуями стоящими у меня за спиной?
Мы с Яриком работали в поте лица, продавая булочки. Честно говоря, я уже слегка запыхалась, а их гора заметно поредела. Но я не отчаивалась: в рукаве у меня был припасён козырь!
Я наблюдала за тем, как растёт гора вырученных денег, однако радоваться в полной мере не могла.
В висках стучала навязчивая мысль: где Рейвенн и Грейхаунд? Куда они запропастились? Может, не стоило отпускать их в Драконьи Врхи? Где моя пыльца, блин горелый?!
Примерно через час я уже накрутила своё нервное состояние до такой степени, что была готова послать к чертям и Ярмарку, и Матильду, и сорваться с места, чтобы нестись в Драконьи Врхи.