— М-м-м! — новая волна страха ошпарила рассудок, когда мы, наконец, вышли наружу.
Я увидела высокие стены, которые окружали базальтовый храм. Незнакомый, древний, но отчётливо пугающий… Рыцари сразу потащили меня к лестнице, и в нос ударил резкий запах крови. Казалось, будто сама земля пропитана ею.
Но Валентин этого не замечал. Он первым опустил руки на каменную резьбу и открыл двери.
— Я пропускаю вас. — торжественно произнёс император.
Когда я перешагнула через порог храма, тело прострелил ненормальный импульс. Жгучее чувство опасности рождалось в лёгких и растекалось ртутью по венам… Я замотала головой, отчаянно вырываясь из хватки рыцаря, но Арей без труда втащил меня внутрь.
— Охраняйте двери. — приказал он остальным.
Последняя надежда на спасение умирала прямо здесь, на каменном алтаре… Который уже подготовили для меня.
Валентин обернулся и вздохнул:
— Убери кляп, Арей. Нам не о чем переживать.
Я горько усмехнулась, разглядывая царапину на его лице. Такая маленькая деталь сильно изменила Валентина. Теперь он казался тревожным, озлобленным… Почти демонически хищным. Алые глаза императора безудержно сверкали от предвкушения моей смерти.
— Весь этот антураж… — я нервно усмехнулась. — Ты приготовил для меня «особенную» казнь, Валентин.
— Так и есть. — беспечно улыбнулся император. — Прости, я не хотел опускаться до подобного… Ты не оставила мне выбора. Но не волнуйся: твоя смерть послужит на благо Аскании.
Его называли надеждой южного континента, потому как даже великий мор не омрачил доброе сердце Валентина.
— Ты не оставила мне выбора. Но не волнуйся: твоя смерть послужит на благо Аскании.
Я улыбнулась, прикрыв глаза. Сколько же раз в том паршивом романе упоминалась «доброта» Валентина? И не счесть… Азур казался идеальным героем. Понимающий, ответственный, верный своему слову (что за глупая шутка).
Только сейчас я осознала… Как же легко обмануть других. Людям не нужна правда, но им нужна прекрасная легенда о любви, добродетели и возвышении. И, получив такую сказку, мало кто заметит очевидные несостыковки. Ведь фальшь и лицемерие легко скрыть за счастливым финалом.
Я не могу винить в этом читателей, потому что сама угодила в такую ловушку… Сюжетные огрехи казались банальным недосмотром, очевидная удача героев — авторской ленью. Я будто не до конца связывала ту книгу с мрачной реальностью… И только теперь догадалась.
— Интересное место ты выбрал, Валентин. — я усмехнулась, оглядываясь на наточенные ножи. — Такое… Древнее и тёмное. Я чувствую, как гудит земля под ногами. Неужели ты нашёл новый способ, как выжать из меня побольше силы?
А иначе зачем он привёл ведьму в такой храм? Казнь злодейки желательно совершить перед Советом Праведных, но император выбрал отдалённое место. Место, пропитанное кровью… Здесь нет гильотины, нет виселицы. Есть только алтарь и острые ножи.
Это не похоже на обычную казнь. Это смахивает на классический сюжет ведьмы и инквизитора.
Валентин равнодушно пожал плечами и произнёс:
— Неважно, Элайза. Ты всё равно умрёшь сегодня.
Он дал знак Арею, призывая того подойти ближе и выбрать оружие.
— Ты сделал из возлюбленной злодейку, а из верного рыцаря — палача. — я хрипло рассмеялась, стиснув зубы. — Что за прекрасный принц…
— Каждый из нас выбирает свою судьбу. — чуть слышно ответил он, отступая в тень. — Я свою избрал.
Каждый? Я вновь рассмеялась, пожав плечами. У меня не было выбора! Просто закинули в тело ведьмы и поминай как звали. С самого начала этот мир желал мне смерти, но теперь… Его желание вот-вот сбудется.
А я не хочу умирать. Мне, на самом деле, нравится эта жизнь. Какой бы сложной и (порой) печальной она не была. В прежнем мире я часто тосковала, но правда в том, что… Родители желали мне счастья. Даже в тот момент, когда мы ссорились и не понимали друг друга.
Мама и папа представляли счастье по-своему, но они бы точно не хотели, чтобы я погибла вот так. Поэтому мне остаётся… Бороться до последнего вздоха.
— Не надо. — прошептала, увидев клинок в руках Арея. — Пожалуйста, не надо!
Я помню, что в той истории рыцарь был благородным. Не таким лицемерным, как Валентин… И, наверное, глупо полагаться на оригинал, но что мне остаётся? Только смотреть ему в глаза, отчаянно надеясь на спасение.
Арей нахмурился, коротко оглянувшись на императора.
— Это необходимо для всей страны. — веско сказал Валентин. — Её страдания принесут нам процветание.
Рыцарь толкнул меня на алтарь, натянув цепи до лёгкой боли. Я продолжала смотреть ему в глаза, практически не моргая. Зрение помутнело, расплываясь в ярких бликах наточенного клинка, а потом… Арей вдруг остановился. Рыцарь тяжело дышал, так и не опустив оружия.
— Ваше Величество, я не… Я не могу. Это неправильно.
— О чём ты? — Валентин нахмурился. — Уже забыл, что она сделала? Все эти смерти, несчастья… Твой лучший друг погиб от пепельной скверны!
Арей застыл. Его руки напряглись, крепко ухватившись за рукоять.
