Время от времени я проходил мимо ответвлений основного коридора. Они ничем не отличались от того, по которому я шел, и вскоре я понял, что окончательно утратил понимание, в каком направлении движусь. Я оглянулся назад и понял еще одну вещь: единственным местом в библиотеке, свободным от пыли, был пол. Вздумай я вернуться той же дорогой, я не нашел бы никаких следов. А хлебных крошек, чтобы отмечать путь, у меня в карманах не было.
Я даже задумался о том, чтобы использовать пресловутые катышки грязи из пупка, однако решил, что это некультурно и вдобавок расточительно. (Вы хоть имеете представление, сколько эти катышки стоят?) А кроме того, какой смысл вообще оставлять за собой след? Я ведь не знал не только куда я иду, но и откуда.
Я вздохнул и обратился к куратору, скользившему вплотную за мной.
– Полагаю, – сказал я, – тут нигде не висит карта вашего учреждения?
– Конечно же есть, – ответил призрачный голос.
– В самом деле? А где?
– Я могу ее тебе принести… – Череп расплылся в улыбке. – Ты должен ее лишь заказать.
– Ага, щас, – решительно отверг я предложение. – Я отдам вам душу за то, чтобы разведать путь наружу, после чего не смогу им воспользоваться, ведь душа-то у вас!
– Вообще-то, бывало, посетители так и делали, – сказал призрак. – Блуждание по книгохранилищу способно свести с ума. Многим утрата души уже не казалась слишком высокой платой за избавление…
Я отвернулся. Куратор тем не менее продолжал говорить.
– Ты удивишься, сколько народу приходило сюда за ответами на совсем простые загадки. – Голос твари сделался громче, прозрачная мантия колыхалась все ближе. – Людей весьма привлекает одна современная забава, она называется «кроссворды». Представь, сюда приходили в поисках нужного слова! Теперь их души у нас…
Я хмурился, разглядывая призрака.
– Многие готовы пожертвовать остатком своих дней, лишь бы не жить в неведении, – продолжал куратор. – Приобщая желающих к вечному знанию, мы приобретаем новенькие души. Это один из способов. Скажу тебе правду, некоторых посетителей даже не слишком волнует, за какую книгу они расплачиваются душой, ведь, став одними из нас, они получают возможность читать какие угодно издания. Пусть даже их души оказываются здесь надежно заточены, без возможности вернуться к людям и поделиться прочитанным. Зов бесконечного познания оказывается сильнее!
Да что ж он так громко вещает? И к тому же вроде как теснит меня, подгоняя веянием своего холода. Ни дать ни взять торопит, вынуждая ускорять шаг!
Еще миг – и я понял, что происходит.
Куратор – рыба.
А если так, откуда ноги растут? (Это метафора из восьмой главы, если что. Забыли? Вернитесь на несколько глав назад!)
Я закрыл глаза и сосредоточился. Ага!.. Вот он, едва слышный голос, зовущий на помощь. Бастилия?..
Резко открыв глаза, я бегом кинулся в боковой коридор. Призрак выругался на неведомом языке – мои линзы переводчика благополучно донесли за меня значение произнесенного им слова, которое я столь же благополучно здесь опущу, – и понесся следом за мной.
Бастилия висела под потолком между двумя пилонами коридора… и тоже немилосердно ругалась. Она была по рукам и ногам спеленута какой-то веревочной сетью. От попыток высвободиться сеть только стягивалась туже.
– Бастилия? – окликнул я.
Она прекратила биться. Серебристые волосы залепили ей лицо.
– Смедри, ты, что ли?..
– Как ты угодила под потолок? – спросил я и заметил очередного куратора, зависшего в воздухе рядом с ней, только вниз головой. Его мантия законам гравитации не подчинялась, что, вероятно, для призраков обычное дело.
– Какая разница, – отрезала Бастилия и вновь стала рваться, пытаясь сбросить веревки.
– Не борись, ты только хуже делаешь, – сказал я.
Она запыхтела, но послушалась.
– Может, скажешь, что произошло? – спросил я.
– Ловушка, – ответила она, изворачиваясь, чтобы видеть меня. – Я зацепила растяжку, р-раз! – и вот я уже болтаюсь под потолком. И что хуже, этот фрик со светящимися зенками знай мне втирает, что может дать книжечку, которая мне поможет распутаться! Всего-то в обмен на душу!
– А кинжал твой где?
– В рюкзаке.
Ее рюкзак валялся поблизости на полу. Я подошел, внимательно поглядывая под ноги – вдруг новые растяжки? Внутри рюкзака лежал Хрустальный кинжал, запасы провизии и – как я мог позабыть? – ботинки со стеклом зацепера на подошвах. Я улыбнулся.
– Сейчас… – сказал я, натягивая ботинки и активируя стекло. После чего предпринял попытку взбежать по стене.
Никогда не пытались проделать подобное? Всячески рекомендую.
Какой чудесный ветерок в волосах, какое манящее чувство головокружительной легкости, пока вы летите навзничь и шлепаетесь оземь! Ну да, в процессе вы будете выглядеть идиотом, но для большинства из нас ничего нового в том нет.
– Ты что творишь? – спросила Бастилия.
– Пробую взобраться к тебе, – сказал я, сидя на полу и потирая затылок.
– Стекло зацепера, Смедри! Оно же липнет только к другому стеклу!
Ох, верно! Вы небось думаете, до чего глупо с моей стороны было об этом забыть, но не судите строго. Я, в конце концов, упал на камень, ударился головой, в общем, пострадал.
