С этими словами она встала, потянулась, сморщилась – и, хромая, отправилась забирать Хрустальный меч. Я тоже встал, вид у меня был, наверно, глупо-счастливый. Я осторожно высвободил линзы переводчика из проволочных витков и убрал на законное место – в кармашек.
Боковым зрением я заметил, как в комнату опасливо заглядывает Каз, верно успевший припрятать Дролин с Австралией где-то в безопасном местечке. Увидев нас с Бастилией, он расплылся в широченной улыбке и буквально ворвался в комнату:
– Алькатрас, племяш, поверить не могу, что ты еще жив!
– Знаю, – сказал я. – Сам был уверен, что кто-нибудь из нас всенепременно погибнет. Вот честно, если доживу до писания мемуаров, эта часть выйдет ужасно скучной, потому что ни у кого из персонажей не хватило динамизма шею себе свернуть!
Бастилия фыркнула, присоединяясь к нам с Казом. Одну руку она держала у бока:
– Звучит вдохновляюще, Смедри…
Я не остался в долгу.
– Между прочим, это именно ты отступила от плана!
– Правда? Килиман был быстрее тебя. Каким образом ты собирался не дать ему погнаться за тобой коридорами?
Пришлось сознаться:
– Ну… как-нибудь…
Каз рассмеялся, слушая нас:
– Так, а с Килиманом-то что?
Я указал ему на Полчерепа, плававшего неподалеку, и сказал:
– Его теперь заботят поиски духовности. Можно сказать, теперь забота о здешних книжных богатствах стала его долгом духовным… Чего доброго, уединенное существование ему еще и понравится!
– А можно мне ему врезать? – напрямик спросила Бастилия.
Я улыбнулся… и заметил кое-что на полу. Я поднял маленький предмет, оказавшийся одиночной желтой линзой.
– Что это?
– Линза следопыта, – сказал я. – Килиман держал ее в кошеле вместе с Телесным кристаллом Дролин.
– Моя мать! – сказала Бастилия. – Как она?
– Я в порядке, – услышали мы голос Дролин. Дружно крутанувшись, мы увидели ее стоящей у входа бок о бок с явно робеющей Австралией.
На самом деле «в порядке» было пребольшущей натяжкой. Дролин была совсем бледной, словно после очень, очень долгой болезни. Тем не менее она твердым шагом прошла в комнату и присоединилась к нам.
– Лорд Смедри, – сказала она, опускаясь передо мной на колено. – Я вас подвела.
– Чепуха! Опять ты за свое, – отмахнулся я.
– Меня взял в плен Библиотекарь из секты киборгов Нотариуса, – сказала она. – Я угодила в ловушку, и он без труда одолел меня, опутанную веревками. Я покрыла позором свой орден…
Я закатил глаза:
– Мы все угодили в разного рода ловушки кураторов. Нам просто повезло выпутаться прежде, чем на нас набрел Килиман.
Дролин так и стояла с низко опущенной головой, и я уловил блеск кристалла у нее на шее: Телесный кристалл вернулся на свое постоянное место.
Я сказал:
– Вставай, и хватит уже извиняться… Вставай, говорю! Тебе не в чем себя упрекать. Твои действия спровоцировали наше столкновение с Килиманом, и в этой схватке мы одержали верх. Так что можешь по праву считать себя частью общей победы!
Дролин встала, правда, удовлетворения на ее лице я не заметил. Она просто приняла свою привычную стойку «вольно» и уставилась прямо перед собой.
– Как скажете, лорд Смедри…
– Мама, – обратилась Бастилия. Дролин опустила глаза.
– Держи, – сказала Бастилия, протягивая ей Хрустальный меч.
Я моргнул, невольно изумившись. Я почему-то ждал, что Бастилия оставит меч у себя. Дролин чуть помедлила – и приняла рукоять.
– Спасибо, – поблагодарила она, устраивая меч в ножнах за спиной. – Итак, каковы дальнейшие планы, лорд Смедри?
– Я… я еще думаю, – сказал я.
– Тогда я установлю охрану периметра.
Поклонившись мне, Дролин заняла пост у входа в чертог. Бастилия направилась было к противоположному входу, но я перехватил ее, поймав за плечо.
– Вообще-то, – сказал я, – твоей матери стоило бы вымаливать прощение не у меня, а у тебя…
– Почему? – спросила Бастилия.
– Ты нажила уйму неприятностей из-за того, что лишилась меча, – сказал я. – А теперь и Дролин свой не уберегла, так ведь?
– Она-то свой вернула.
– Ну и?
– Ну и он вполне себе уцелел.
– Только благодаря нам!
– Нет, – сказала Бастилия. – Благодаря тебе, Алькатрас. Килиман меня победил, в точности как тот Оживленный в городской библиотеке. А ты оба раза был вынужден меня выручать!
– Я…
Бастилия осторожно сняла мою руку со своего плеча:
– Я это очень ценю, Смедри. Правда-правда. Я бы уже несколько раз голову сложила, если бы не ты.
И с этими словами она пошла прочь.
Еще никогда слова благодарности не отдавались у меня в ушах настолько уныло. М-да, сказал я себе, не все выправляется настолько быстро и просто, как нам бы хотелось. Бастилия продолжает считать себя позором семьи. Надо будет что-то предпринять по этому поводу.
– Собираешься уничтожить ее, племяш? – спросил Каз, и я спохватился, что все еще держу в руке Килиманову линзу следопыта. – Это очень Темное окуляторство, парень, – потирая подбородок, продолжал Каз. – Ох, не стоит связываться с линзами, созданными на крови…
– Значит, надо уничтожить, – сказал я. – На худой конец, отдать кому-то, кто знает, как с ней управляться. Я…
Я не договорил (ну да вы уже поняли).
– Что? – спросил Каз.
