Ученики из Западной области держались рядом с земляками и особняком от остальных. Это сделало их своего рода изгоями, но они предпочитали быть особенными. Да, пусть отдельно от других, зато столичные из-за этой отстранённости и сплочённости друг с другом их даже побаивались. Между остальными не было такой дружбы и такого братства, как между «западниками».
Но вот Мотохару вернулся, а спасать было всё некого. Самое страшное, что происходило за годы его службы, — это разбойные нападения на дорогах и редкие случаи смертей от рук шиноби. Он всё ждал, когда же, когда разбойники выберут кого-то из юных дам, а не из пожилых вдов? Когда же они решат ограбить знатного мужчину, у которого есть юная дочь, а не старушку-бакэдануки, от которой вся семья по острову разъехалась, не желая оставаться на скудноплодном западе? Но разбойники нападали лишь на слабых, а у незамужних юных дам, если уж они и выбирались из дома, было полно защитников.
В конце концов Мотохару возглавил отряд и перестал ездить по трактам, вылавливая бесчестных и жестоких. Б
Надежды отыскать свою любовь таяли. Никто из придворных дам ему не приглянулся. Никакие слухи о красоте знатных особ не грели его душу, не заставляли сердце биться чаще, а дыхание — прерываться. Он мечтал о той, что росла бы в простой семье, не была бы избалована излишествами, у кого родители были бы простыми работягами, как и у него. Ведь лишь воспитанные в подобных семьях умеют истинно радоваться тем небольшим, но значимым вещам, которые он хотел разделить со своей возлюбленной.
Всё переменилось, когда до него дошёл слух, что в маленьком городке Минато на западном берегу есть девушка, к которой вот уже год сватаются самые разные мужчины — и ни один ей не приходится по сердцу. О её красоте не слагали стихов, во всяком случае до Мотохару не дошло ни одного. Но говорили, будто кожа её подобна мокрому песку морского берега, глаза — камням с ожерелья самой императрицы, а волосы — чистый вороний цвет, нетронутый Аматэрасу, что так любит выжигать медные пряди.
Но не это возбудило его интерес, а то, что четыре времени юная дева не может отыскать себе мужа. В чём же дело? Неужели никто ей не по нраву? Или, быть может, сами боги отводят её сердце ото всех гостей дома Накауми, потому что судьбой ей предназначается некто иной?
Мотохару тут же велел седлать лошадь и приготовить ему сумки с припасами. Он взял с собой трёх верных самураев и отправился в путь, в Минато — город на крайнем западе, что лежит за пустынными горячими холмами.
Путь его был долог и труден, однако он знал, куда стремится, и упорно гнал коня вперёд, останавливаясь лишь для того, чтобы напоить и накормить животных, дать им перевести дух и собраться с силами.
Когда они прибыли наконец в Минато, он сначала вовсе не поверил своим глазам. Там, где земля уходила в море, стояли деревянные мосты над водой, к которым причаливали огромные лодки, каких он в жизни не видел.
Так Мотохару узнал, что Минато — портовый город. А Шинджу давно ведёт торговлю с Шику — правда, без ведома императора, что его, впрочем, не сильно заботило. Главное, что господин знал и одобрял это. А значит — и он одобряет.
Пообщавшись поближе с моряками, Мотохару сильно полюбилась идея выходить в открытое море. И в первый же день сватовства — задержавшись по воле матери его избранницы подольше — он даже напросился с рыбаками и вышел в ночь на рыболовном судне.
Волны манили его, манил и чистый горизонт. Казалось — вот он, край земли. Плыви — и увидишь, куда прячется на ночь Аматэрасу, узришь пещеру богини, познаешь секреты мироздания. Те стражи, что он провёл на фунэ, перевернули его мир и представление о счастье. Потому что покой был здесь — посреди ничего. Там, где со всех сторон море.
И лишь полоска земли вдалеке напоминает, откуда ты прибыл, не даёт забыть, что ты чужак в этих водах.
Если до сей поры он мог сомневаться, что судьба привела его сюда, то теперь был уверен: Чибана — его супруга. Минато с Драконьим морем — его второй дом. Они будут жить во дворце, но он часто будет приезжать сюда с женой, чтобы та повидалась с семьёй, а он сам — с волнами. Их союз признан самими богами. Их брак — неизбежность, которая должна случиться.
К полудню рыбаки вернулись на берег. Мотохару сменил наряд и вновь отправился в дом своей избранницы. В этот раз он взял цветы — три белые анемоны по числу дней ухаживаний. И приложил к ним записку:
Он не был уверен, что девушки в этих краях знают язык цветов, а потому решил пояснить. Поймёт ли она стихи? Но раз её мать и её брат настояли на ухаживаниях — наверняка дочь умеет читать и принимать знаки внимания. Он лишь надеялся, что это смягчит юную госпожу. Целый год другие мужчины получали отказы. Есть ли у него хотя бы надежда?
