– Да, я знаю. – «И умрет еще больше», – подумал он. Грипп, наверное, будет наименьшей проблемой. Джо представил, как Лью Кауфман покачивает пальцем. Аэропорты, разумеется, уже закрывались раньше, но цивилизация выстояла. Сильные снегопады, летние забастовки, пепел извергающихся вулканов – воздушные перевозки всегда были хрупким звеном в цепочке связей, поддерживающих мировую экономику. Он, наверное, уже бредил о постоянной опасности.
– Если он доберется до Корнуолла, – заговорил доктор, – нам придется что-то предпринять.
– Я уже кое-что делаю, – ответил Джо. – Я запасаюсь едой.
– Да уж, я еще не встречал труп с таким аппетитом, – сказал Букс. Он брякнул чайником, поставив его на обеденный стол. – Проблемой будет не еда. А грипп.
Джо почувствовал, как начали потеть его ладони.
– Какой уровень смертности? – спросил он. – Что говорят в новостях?
– Ничего не говорят, – ответил Букс. – Меня это тоже беспокоит. Умерли двое из двенадцати членов летного экипажа. Ты у нас математик.
– Семнадцать процентов, – подсчитал Джо.
– Мы не можем экстраполировать выборку из двенадцати, но в Индонезии уровень смертности уже может достигать восемнадцати процентов. А еще вспомни эпидемию гриппа 1918 года. Она убила почти двадцать процентов заболевших.
– Так много?
– По некоторым подсчетам – да. За шесть месяцев она убила больше людей, чем «черная смерть» за целое столетие.
Джо молчал.
– В любом случае, – продолжил Букс, – мы не должны говорить об уровне смертности. Если мы начнем рассматривать Сент-Пиран в качестве примера, то даже смерть одного человека из трехсот – это слишком много.
– Трехсот восьми. – Джо произнес это тихо, чтобы только доктор расслышал эти слова.
Он приехал на оптовый склад и наполнил провизией фургон Шонесси: коробки с лапшой, банки растворимого кофе, упаковки порошкового молока. Помня слова Букса, он старался запасать не только еду, но и моющие и дезинфицирующие средства, мыло и туалетные принадлежности. Правда, возникли сомнения насчет рулонов туалетной бумаги и одноразовых подгузников. Они могли бы быть полезны, но займут слишком много лишнего места в фургоне или в церковной башне. Бисквиты выглядели соблазнительно, но казалось, что их не хватит надолго. В его голове мелькали мысли о том, как запасы еды медленно пересекают границу срока годности – коробка за коробкой. «Это позабавит преподобного Хокинга», – подумал он. Придется ли выносить просроченные продукты из церкви и кидать их в мусорный бак? Эту мысль он задвинул на задворки разума. «Какая разница между сухими и “живыми” дрожжами?» – подумал он. На оптовом складе был огромный выбор товаров. Там были шестнадцатикилограммовые мешки «хлебных дрожжей». Он взял целую паллету.
Он становился подтянутым. Теперь Джо мог легко взбегать вверх по ступенькам церковного кладбища с пластиковыми упаковками консервных банок под мышками. Ему не удалось совершить второй набег на склад из-за рандеву с Мартой, которое было назначено как раз на четыре часа. Когда вся провизия была разложена по своим местам, он поднялся на самый верх церковной башни, и встал, глядя по сторонам. Он распаковал коробку овсяных батончиков и съел один. Это был первый раз, когда он нарушил целостность склада. Если он останется единственным выжившим, то сможет прожить еще несколько лет.
Церковная башня представляла собой пустое четырехэтажное сооружение с атриумом для колокольных веревок. На первом этаже было небольшое помещение с туалетной кабинкой – на экстренный случай, для прихожан. На третьем этаже было еще одного крохотное помещение, которое уже потом отгородили. Джо попробовал открыть дверь. Это была кладовая. С балки свисали старые колокольные веревки. На полках аккуратно разложены разные инструменты: рычаг, лом, несколько длинных латунных крюков – это, наверное, все личное имущество звонарей. В колокола этой башни никто не звонил на протяжении двадцати лет. Очевидно, что это было небезопасно. Удивительно, но в комнате стоял узкий деревянный каркас кровати без матраса. Здесь кто-то жил. Это, наверное, был какой-то корнуоллский Квазимодо. Джо тщательно прикрыл за собой дверь. Если придется использовать третий этаж для размещения провизии, то эта комната тоже пойдет в дело.
