Джо впервые узнал о существовании лодки. Он удивленно поднял брови.
– У вас есть лодка?
– В гавани.
– Которая из них?
– Парусная шлюпка. Двадцать лет назад купил ее у одного из моих пациентов. Не могу сказать, что я часто на ней плавал, но она прекрасно держится на воде. Иногда я делаю круг внутри бухты, если погода хорошая и есть ветерок.
Джо уважительно кивнул.
– Я хотел бы ее когда-нибудь опробовать.
– Десять фунтов в час, – проговорил Мэллори с набитым ртом. – Но для тебя… семь пятьдесят.
Мысль о лодке засела в голове Джо.
Это был деревянный шлюп в восемнадцать футов длиной, он пах сырыми парусами и лаком. Внутри кабины ощущался стойкий запах табака. За румпелем стоял мужчина с белой бородой и внимательно смотрел на горизонт, у него был низкий голос и привычка говорить так, чтобы его голос был различим за порывами ветра. Когда хлопали паруса, мужчина выкрикивал команду.
– Ложимся на другой галс[5].
Джо хватал веревки и перебирался на другой борт, стараясь не задеть мачту головой.
– Да, Папа, – говорил он.
– Ты когда-нибудь плавал на лодке? – спросил его Букс.
– Да.
В старом порту Лимхамна насчитывалось больше тысячи яхт. Лес голых мачт упирался в небо, словно разбросанные зубочистки, а шлепанье ослабленных веревок во время утреннего бриза сливалось в какофонию. Двенадцатилетнему легко свыкнуться с качкой. Просыпаешься в подвесной койке, выбираешься на палубу, чтобы посмотреть на оранжевое свечение восхода солнца, а потом мочишься в серые воды гавани. Эти воспоминания уже давно не посещали разум Джо. Наверное, слишком давно.
– Отец научил меня ходить под парусами, – произнес он.
– Где вы плавали?
– В проливе Зунд, это возле Эресунн. – Джо заулыбался от нахлынувших воспоминаний. – У папы есть остров в Балтийском море.
– Твой отец владеет целым островом?
– Это только на словах внушительно. В архипелаге Стокгольма насчитывается примерно тридцать тысяч островов. На многих из них построены дачи. Остров моего отца находится чуть южнее, возле Карлскруны. На лодке из Лимхамна туда плыть около двух дней. Мы каждое лето выходили в море. Только он и я.
– А что с твоей матерью?
– Она жила в Лондоне.
Букс фыркнул. Он знал, когда надо прекратить расспросы.
– В любом случае, – сказал он. – Ты можешь одолжить матрас.
В районе гавани Джо чуть не сшиб Марту Фишберн, выходившую из магазина Джесси Хиггс.
– Они говорят, мы в телевизоре, – мрачно сообщила Марта.
– Да, я видел.
– Сейчас много разговоров.
Джо кивнул.
– Я так и думаю. Но никто не должен распространяться об этом за пределами деревни. Никто не должен узнать, где находится еда.
Марта приложила толстый палец к своим губам.
– Вы можете на нас положиться, – сказала она. – Никто ничего не рассказывает.
«Каково это, когда такое отдаленное сообщество попадает в национальные новости?» – подумал Джо. Он действительно рассчитывал, что это все может остаться в тайне?
Он нашел маленькую яхту Мэллори – единственную парусную лодку в гавани. Она занимала одну полоску глубокой воды возле причала, но сейчас стояла на берегу, и нужен был высокий прилив, чтобы сдвинуть ее с места. Кабина, если ее вообще можно было так назвать, оказалась слишком низкой, чтобы он мог в нее заползти, а матрас оказался всего лишь куском пенопласта в грязном хлопковом чехле. Он закатал его и понес в церковь, попутно останавливаясь и беседуя с Джейкобом из «Буревестника», Бенни Ресториком, Джоном Шонесси и Тоби Пенротом. Как вообще кому-то удавалось пройти из одного конца деревни в другой? На пути поджидало слишком много разговоров.
На пороге дома появилась Демельза Треваррик с сигаретой в руке.
– Дорогуша, – промурлыкала она. – У тебя еще запланированы какие-то приключения для нас?
– Не сегодня, – ответил Джо. Он так и не сдержал обещание перед Джереми. Беседа с Демельзой так и не состоялась. Она была экспертом в любовных отношениях, но еще не проконсультировала его. Возможно, он старался ее избегать. Если бы Джо не был занят переноской матраса, то смог бы должным образом ее поприветствовать. Она присоединилась к нему.
– Почему мы должны так спешить, милый? Я надеялась, что мы сможем поговорить.
– Разумеется. – Джо сбавил шаг.
– Куда мы идем?
– В церковь.
– С этой ужасной штукой? Ты будешь на этом спать, дорогуша? – Демельза смотрела на матрас так, словно он мог быть заражен чумой.
– Это всего лишь предосторожность, – ответил Джо. – Мне, возможно, придется там спать, если все станет… ну, вы знаете… немного опасно.
Писательница выглядела встревожено.
– Опасно? – повторила она. Ей никогда не казалось, что в Сент-Пиране когда-нибудь может стать
Джо снова посмотрел на нее.
