– Мы должны свести его с этим ирландцем, – предложил Джейкоб Андерссен. – У них выйдет чудесный диалог.
Через час из «Буревестника» исчезла большая часть народа.
– Мы все еще не знаем, что происходит, – пожаловалась Амината Чикелу Элизабет Бартл. В первые дни кризиса это, пожалуй, было самое распространенное настроение.
– Не откажет ли кто-нибудь в любезности рассказать мне точно, что именно сейчас происходит? – с этими словами появилась Марта Фишберн. Искренний крик отчаяния, который отражал ощущение беспомощности жителей деревни. Они были не одиноки в своем настроении, при помощи радиоточки Питера Шонесси они узнали, что весь мир тоже чувствовал себя беспомощным. После отключения электричества Мэллори Букс устроил одиночную акцию с призывом делать запасы воды. «Скоро может пропасть вода», – предупредил он их. Они наполнили ванные и кастрюли, бутылки и банки, а уже через день сбылось предсказание старого доктора. Час спустя в деревне появился Бевис Мэгвиз и начал громко жаловаться, чем привлек внимание людей.
– Вам нужно было наполнить ванную, Бевис, – сказала ему Луиза Пенрот.
– К черту воду для мытья, – огрызнулся Мэгвиз. – У меня сорок дойных коров требуют воды, а еще дюжина телок и бык. Моих запасов воды хватит лишь на сутки. Если водоснабжение не восстановят в течение двадцати четырех часов, мне придется начать отстреливать коров. – Это была трезвая оценка ситуации. – А потом в расход пойдут овцы, – добавил он.
– В деревне есть источник? – спросила Амината.
Жители деревни дружно покачали головами.
– Я никогда не видела, – ответила Марта.
– А как тогда в деревне добывали воду до появления труб? – задумалась Амината. – В любой старой деревне должен быть источник воды. Иначе и быть не может.
– Тут был колодец, – произнес Старина Гарроу и все посмотрели в его сторону.
– Где он был? – спросил Мэгвиз. – Покажите мне.
Процессия из жителей деревни двинулась вниз по Фиш-стрит.
– Прямо здесь, – с этими словами Гарроу указал своей палкой.
– Под телефонной будкой?
– Его закопали, знаете ли.
Спустя полчаса Мэгвиз вернулся на экскаваторе JCB. Он быстро сдвинул телефонную будку и все провода.
– Там положили большую бетонную лепеху, насколько я помню, – уточнил Старина Гарроу. – Тогда я был еще сосунком.
Сидевший в кабине Бевис Мэгвиз уже втыкал большой ковш в землю. Толпа отступила. Вскоре был удален бетонный круг – вместе с остатками песка. Теперь все встали у края ямы и посмотрели вниз.
– Это и есть колодец, – озвучил очевидное Старина Гарроу.
Один из мальчишек Робинс принес веревку и ведро. Они опустили его в дыру, а обратно подняли доверху наполненное водой.
– Кто-то должен ее попробовать, – предложил Джереми Мэлон, отступая при этом назад, чтобы его не выбрали добровольцем.
К ведру подошел Лорн Мэгвиз, взял его и сделал большой глоток. Толпа затихла в ожидании вердикта.
– Пойдет, – объявил он, и толпа отозвалась воодушевленными криками.
– Мы вернемся с насосом и бочкой, – сказал им Бевис Мэгвиз. – Если вы хотите молоко, сначала придется напоить коров.
Никто не стал с ним спорить, но собравшиеся вечером в «Буревестнике» при свете свечи, сделали неутешительный прогноз, вызвавший всеобщий страх.
– А если у нас закончится топливо?
Джейкоб Андерссен старался экономить пиво. Теперь он наливал всего четверть пинты на человека. А Ромер Андерссен вела строгий учет.
– Никогда еще не было столько посетителей, – жаловалась она всем подряд, – а нам нечего продавать. – Еще был спирт в бутылках, а в подвале лежали бутылки вина, но Ромер не желала продавать этот алкоголь иначе как по обычной цене. Она все еще надеялась на лучшее. – У нас есть ограничения на пиво, – сказала она собравшимся, – но только по той причине, что у Джейкоба мало здравомыслия. Если хотите большего, вам придется платить.
У некоторых водились деньги, например, у Мэллори Букса, но даже его щедрость закончилась спустя несколько стаканов виски. Свечи были в дефиците, поэтому для освещения бара использовалась только одна. Но, по крайней мере, был свет от камина. Наверное, именно он являлся главным развлечением для собравшихся. Ранним вечером в баре собралась почти половина деревни. «Буревестник» стал убежищем для тех, кто не желал оставаться в темных и холодных домах. Ромер открыла верхнюю комнату, предназначенную для проведения торжеств и свадеб, и зажгла там еще одну свечу. Стульев не хватало, поэтому мужчины стояли возле стойки или кучковались в коридорах и пристройке. Энни Бартл и Чарити Клок помогали с другой стороны барного стола. Шонесси и Дэниел принесли корзины с рыбой, Тоби Пенрот притащил пять лобстеров, а Кенни Кеннет – ведро мидий. На маленькой кухне дюжина человек готовила на походных печках. Дженни Хиггс принесла дополнительные свечи, что вызвало всеобщее одобрение.
Оставшиеся допоздна – после ухода основной массы людей – очень медленно допивали свои скудные напитки. Ромер, в виду отсутствия служителей правопорядке, настояла на закрытии ровно в десять тридцать вечера.
– Время, дамы и господа, время.
