Случилось так, что прибытие в бухту Манилы американского авианосца «Карл Винсон» и кораблей сопровождения совпало по времени с этим инцидентом. Полковник Арнульфо Марсело Бургос – младший из службы по связям с общественностью Вооруженных сил Филиппин объяснил: «Взаимная поддержка и помощь, которую обе страны оказывают друг другу, серьезно содействует усилению нашего объединенного военного потенциала».
Все в той же непоследовательной и саморазрушительной манере (уже привычной для Китая) за три дня до инцидента с китайскими МиГ-29 на Филиппины прибыла китайская правительственная делегация высокого уровня во главе с министром обороны генералом Ляном Гуанле и государственным советником Дай Бинго; это был продолжительный (21–25 мая) и полномасштабный «визит доброй воли». В пресс-релизе посольства КНР сообщалось, что «[Визит] призван послужить дальнейшему развитию дружественных китайско-филиппинских отношений, особенно в военной сфере и прагматическом сотрудничестве, обогатить и расширить стратегическую кооперацию между двумя странами».
Отношение США к спорам по поводу Южно-Китайского моря кажется со стороны не слишком четким, но, с другой стороны, речь не идет о соперничестве в четкости формулировок.
Двадцать третьего июня 2011 года Альберт дель Росарио, министр иностранных дел Филиппин, попросил госсекретаря Хиллари Клинтон разъяснить политику США по китайско-филиппинской конфронтации в Южно-Китайском море с точки зрения договора 1951 года о совместной обороне. Также он попросил выделить Филиппинам дополнительные боевые корабли, чтобы укрепить способности ВМС Филиппин по «защите морских границ». Госсекретарь Клинтон заверила министра в поддержке США по обоим вопросам[179]. Итак, поведение Китая вновь толкнуло возможного партнера в объятия США.
Считается, что Норвегия обладает огромными морскими владениями, но эта страна, как ни удивительно, пока не сталкивалась с территориальными притязаниями Китая. С другой стороны, норвежский Нобелевский комитет присудил Нобелевскую премию мира за 2010 год Лю Сяобо, китайскому гражданину, осужденному за защиту прав человека, то есть формальному преступнику; китайцы могли бы ответить на это симметрично, присудив недавно учрежденную премию Конфуция какому-нибудь осужденному норвежскому преступнику, но вместо того привлекли инспекторов потребительского надзора, которые принялись задерживать импортные партии норвежской семги (рыба, естественно, портилась). Усиление «контроля качества» за свежей норвежской семгой ввели через несколько дней после церемонии присуждения Нобелевской премии – 10 декабря 2010 года. Китайские инспекторы сообщили, что в тринадцати партиях норвежской семги обнаружены «следы недозволенных препаратов» и/или бактерии[181]. «Получается, нам вообще запретили поставлять рыбу на китайский рынок», – заявил Хеннинг Белтестад, генеральный директор норвежской группы «Лерой си фуд» (он преувеличивал: экспорт семги в Китай в 2011 году составил 30 % от уровня 2010 года); другой «викинг», Ларс Берге Андерсен, «юрист, обслуживающий норвежские компании в Китае», добавил: «Я очень обеспокоен тем, какими долгосрочными последствиями для норвежского бизнеса в Китае обернется этот инцидент». Пока же в выигрыше от происходящего оказалась Шотландия, которой впервые разрешили поставлять в Китай свежую семгу. Джейми Смит, представитель Ассоциации шотландских производителей семги, заявил, что китайские инспекторы не предъявляли к шотландской рыбе никаких претензий.
Задолго до церемонии вручения Нобелевской премии МИД КНР фактически отмахнулся от утверждения норвежцев, будто Нобелевский комитет – независимая организация, и предупредил, что, если премию получит осужденный преступник, ответные меры не заставят себя ждать. Тем не менее норвежцы спустя шесть месяцев сильно удивились суровости этих мер, которые включали в том числе приостановку всех политических контактов, замораживание «многообещающих» торговых переговоров и губительные для норвежской семги задержки на складах по воле китайских таможенных инспекторов – причем на фоне роста активности китайских компаний в Норвегии, не встречавшего никаких препятствий. В декабре 2010 года, когда разгорался скандал вокруг Лю Сяобо, Китайская служба нефтедобычи объявила о подписании контракта с норвежской компанией «Статойл» по бурению скважин в Северном море. В январе 2011 года китайская компания «Чайна нэшнл блю стар» купила норвежскую горнодобывающую компанию «Элкем» за 2 миллиарда долларов, а норвежская компания «Оркла» присоединилась к группе «Алюминиум корп.» для обслуживания китайских проектов высокоскоростных железных дорог (правда, контракт подписали через шведский филиал «Оркла», фирму «Сапа», в присутствии шведского посла; «Не надо их провоцировать», – объяснил представитель «Оркла» Йохан Кристиан Ховланд[182]).
