– Я встал у входа в вип-зал и сказал, что они не могут её туда вести. Вадим не удивился, не разозлился, не посмотрел на меня с раздражением. Он просто улыбнулся, как улыбаются люди, которые уже заранее знают, чем всё закончится. «А кто ты такой, чтобы нам указывать?» – спросил он меня. Я сказал, что, если они её не отпустят, я вызову полицию.
Последовал короткий вздох.
– Он снова улыбнулся, похлопал меня по плечу и ушёл в зал, не сказав своим людям ни слова. А через полчаса меня вызвали в кабинет менеджера, и уволили. Они не кричали, не обвиняли меня в чём-то конкретном, просто сказали, что я нарушил правила клуба, создал конфликт, который никому не был нужен. Клиенты важнее, чем персонал. А девушка… На следующий день она ничего не помнила.
Парень немного помолчал, показывая, что рассказ про Вадима закончен.
– Ольга.
Он произнёс её имя спокойно, без эмоций, но в этом равнодушии чувствовалось что-то холодное, почти отстранённое.
– Она была из тех, кто не просто привык к власти, а считал её своей личной привилегией. Работала в агентстве элитной недвижимости, продавала квартиры тем, кто не задавал вопросов и платил только за статус. Я был её водителем. Обычная работа – возить её по объектам, передавать документы, встречать клиентов. Всё казалось предельно простым, пока однажды она не попросила меня забрать бумаги из банка. Она сказала, что это всего лишь документы, ничего важного, просто формальность. Я не задавал вопросов.
Еще один короткий вдох. И ни капли эмоций в голосе.
– Когда меня остановили на посту, я ещё не понимал, что происходит. Полицейские попросили открыть багажник, проверить сумку, и я спокойно открыл его, не видя причин для волнения. Там были деньги. Грязные деньги. А сверху, на самом видном месте, лежал мой паспорт. Она знала, что меня остановят. Она знала, что, если что-то пойдёт не так, виноватым окажусь я. Всё было рассчитано заранее.
Катя зажала рот ладонью, и её плечи вздрогнули:
– Она вообще пыталась тебя защитить?
Артём усмехнулся, но в этом звуке не было ни капли веселья.
– Она просто сказала, что не знает, кто дал мне этот пакет.
Анна покачала головой. Её голос был глухим, она почти шептала:
– Она изначально решила, что если что-то пойдёт не так, то ты станешь жертвой.
– Конечно.
Артём выдержал паузу, словно давая им возможность переварить услышанное. В его взгляде не было ни сочувствия, ни ожидания. Он просто смотрел на них, оценивая реакцию, но не нуждаясь в ней. В комнате повисла вязкая тишина, которая, казалось, заполняла собой всё пространство.
– Лиза.
Его голос оставался таким же ровным, но в нём появилось нечто, напоминающее усталую насмешку.
– Она сделала всё просто. В отличие от других, ей не нужно было выстраивать сложные схемы или манипулировать обстоятельствами. Её метод был предельно прямолинеен, но от этого не менее эффективен. Она пришла ко мне, когда у неё, по её словам, не осталось никого. Сказала, что её выселяют, что ей некуда идти, что она не может обратиться за помощью ни к родителям, ни к друзьям, потому что те от неё отвернулись. Она выглядела испуганной, уязвимой, отчаянной. Я пустил её в свою квартиру, даже не сомневаясь, что поступаю правильно.
В этот момент на его лице мелькнула тяжесть воспоминаний.
– Через неделю я вернулся домой и увидел, что квартиры больше нет. Всё было вынесено подчистую: одежда, техника, деньги, даже мебель. А через несколько часов пришла полиция. Она написала заявление, в котором утверждала, что я угрожал ей, что я запирал её в квартире против её воли, что я причинял ей психологическое насилие и не давал уйти. Я оказался в участке, а она исчезла.
Анна смотрела на него, не моргая, но её губы стали бледнее, а пальцы крепче сжали подлокотники.
– Она просто взяла всё, что у тебя было, и превратила тебя в преступника?
– Именно так.
Катя покачала головой, в её взгляде было недоумение, смешанное с потрясением.
– Ты пытался её найти?
– Искал. Через год нашёл в другом городе.
Анна чуть подалась вперёд, напряжённо всматриваясь в его лицо.
– И что она сказала, когда увидела тебя?
Артём на миг изменился в лице, будто вспоминая тот момент во всех деталях.
– Она не узнала меня. Теперь Дмитрий.
Имя прозвучало жёстко, без намёка на прежнюю иронию.
– Он был преподавателем истории, интеллигентным, образованным человеком, который производил впечатление глубокого мыслителя, знающего, как устроен мир. Но за этим фасадом скрывалась другая натура – натура человека, который наслаждался властью над другими, не потому что был физически сильнее или богаче, а потому что умел словами переворачивать жизни людей с ног на голову.
– Но он не из нашего института, – со страхом произнесла Катя.
– Мы познакомились случайно, в книжном магазине. Он сам подошёл ко мне, завёл разговор, спросил, что я читаю, предложил встретиться, обсудить какие-то темы, которые, по его словам, могли бы меня заинтересовать. Он говорил увлекательно, завораживающе, умел подбирать слова так, чтобы ты чувствовал себя особенным, будто тебе доверяют что-то важное.
Артёма передернуло, хотя он старательно скрывал свои эмоции: