Обвинение Барри Дилейни против Криса строилось на ребенке, на предположении, что он планировал убить Эмили, чтобы избавиться от ребенка. Но как он мог избавиться от ребенка, о котором ничего не знал?
Мелани закрыла дневник, чувствуя себя совершенно разбитой. Ее ум был занят мыслями об отмщении. В своем стремлении к справедливости она даже не заметила, что в дневнике Эмили не было слов прощания.
Она собрала снятые с зеркала фотографии и засунула их внутрь толстовки. Потом спустилась с дневником под мышкой, сжимая в руке толстовку. Она вошла в гостиную, в которой был единственный в доме камин.
За всю историю жизни в этом доме камином пользовались всего раз пять. При наличии дровяной печи на кухне камин казался чем-то лишним, в особенности в комнате, заставленной неудобной мебелью в стиле королевы Анны, которую завещал какой-то позабытый родственник. Мелани опустилась на колени и разбросала фотографии по железной решетке, а сверху положила толстовку. Взяв из кухни спички, она разожгла камин и стала смотреть, как пламя лижет снимки Криса, потом на время прячется в толще толстовки, чтобы взорваться высоким голубым языком. В конце она бросила на решетку дневник и, скрестив руки на груди, смотрела, как скручивается обложка и страницы превращаются в пепел.
– Мелани?
По дому зазвучали шаги Майкла, вернувшегося с работы, и наконец остановились в небольшой нежилой гостиной. Он уставился на тлеющий камин, а потом на жену:
– Что ты делаешь?
– Я замерзла, – пожала Мелани плечами.
В правой руке тренер Крулл держал банан, в левой – презерватив.
– Дамы и господа, – бесстрастно произнес он, – приготовьтесь.
Послышалось шуршание разрываемых упаковок, когда класс, разделенный на пары, принялся открывать свои индивидуальные «Трояны». Эмили пришлось разорвать упаковку зубами. Парень, сидевший за ней, смотрел, как она кусает фольгу.
– Ай! – наморщился он.
Хезер Бернс, подруга Эмили и ее партнерша на этом нелепом уроке по санитарному просвещению, захихикала.
– Он прав, – шепнула она. – Не стоит пользоваться зубами.
Эмили мучительно покраснела, в тысячный раз благодаря Бога, что ее партнер Хезер, а не Крис. Заниматься этим было неприятно, а с ним к тому же и неловко.
Санитарное просвещение было обязательным для выпускников, хотя до начала этого курса многие из них уже несколько лет натягивали презервативы на собственные пенисы. Тот факт, что школьные тренеры – вроде тренера Крулла из команды по плаванию – выступали в качестве учителей, делало все это еще менее привлекательным. К слову сказать, все тренеры были дородными мужчинами под пятьдесят. Науку, которую они могли бы преподать тинейджерам в отношении секса, можно было воспринимать не иначе как скептически. По сути дела, класс ловил кайф, только когда тренер Крулл спотыкался на слове «менструация».
Тренер поднес к губам свисток и дунул в него. Замелькали руки ребят, торопливо натягивающих тридцать кондомов на тридцать бананов. Нахмурившись и стараясь не думать о Крисе, Эмили разглаживала складки кондома.
– Эй! У меня сломался банан! – прокричал один парень.
Кто-то хихикнул:
– Это часто с тобой бывает, Макмюррей?
Наконец Эмили натянула презерватив до конца.
– Готово, – со вздохом произнесла она.
Хезер вскочила на ноги.
– Мы победили! – взвизгнула она.
Глаза всех обратились на них. Тренер Крулл неторопливо прошел по проходу и остановился перед ними:
– Ну посмотрим. Сверху осталось место, как и должно быть. Презерватив не сбился на сторону… и плотно сидит снизу. Леди, мои поздравления.
– Ну теперь, – сказал Макмюррей, поедая свой банан, – мы знаем, почему Хезер зажигает[5].
Класс захихикал над этой шуткой.
– Мечтать не вредно, Джо, – взбивая волосы, парировала Хезер.
Тренер Крулл вручил Эмили и Хезер карамельные батончики. Эмили не знала, воспринимать ли это как шутку.
– В реальной жизни, – начал тренер Крулл, – надевание презерватива – это не соревнование. – И добавил с улыбкой: – Хотя, вероятно, воспринимается как таковое. – Подобрав с пола банановую кожуру, он бросил ее в корзину для мусора. – При правильном применении это лучший способ защититься от венерических заболеваний и СПИДа, но эффективность в семьдесят пять процентов не лучший показатель для контроля рождаемости. По крайней мере, не для тех двадцати пяти женщин из ста, которые беременеют. Так что, если это ваш выбор, подумайте о запасном варианте.
Пока Крулл говорил, Хезер развернула свой батончик и откусила от него. Эмили поймала взгляд подруги и слабо улыбнулась.
– Ой! – прошептала она.
С бьющимся сердцем Эмили заперлась в ванной комнате, вытащила из-под кофточки картонную упаковку и потерла места на животе, куда врезались острые края, а потом положила упаковку около раковины и уставилась на нее.
