– А что, собственно, тебя так напугало? Никому не давали сыворотку правды, напротив, вы сами рвались делиться своими бедами! Немного успокоительного еще никому не вредило. У меня обширные познания о травах и препаратах, не забывай, мой отец был химиком. Да это просто, Марго, я научу тебя всему, что знаю сам! Милу не бойся – это уже битая карта.
Кольца жара вплотную надвинулись на меня. Еще минуту назад мне казалось, что обжигающий ароматный чай принес облегчение, сейчас же, после серии ужасающих откровений, я находила у себя все симптомы интоксикации разом.
Подавшись вперед, Гений подмигнул мне с заговорщическим видом, и новая страшная мысль вытеснила предыдущую.
– Что значит «битая карта»? Одумайся, она ведь ни в чем не виновата! Неужели ты задумал… – пролепетала я, боясь назвать вещи своими именами, и прибегла к последнему аргументу. – Ребенок! Она говорила о каком-то ребенке…
– Да-да, – с хмельной озабоченностью кивнул Гений и тут же встряхнулся. – От ребенка пришлось избавиться. Моя глупая мать так убивалась, на коленях стояла… «Сынок, одумайся! Я буду молиться, чтобы ты образумился»… Уфф, вспомнить противно, какой был спектакль! Словно у меня – у меня! – может быть ребенок от этой… Ну что ты так смотришь, Марго? Думаешь, этот ребенок родился бы здоровым?
Теперь я сама была готова вдавиться в кресло, лишь бы исчезнуть отсюда и не слушать его рассуждения на грани безумия. Вспомнилось, как еще весной Мила пропустила одно из собраний. «Приболела», – вскользь бросил ее босс. Так вот что это была за «болезнь»! Неужели он и вправду такой циничный монстр?
Я собралась с силами и дернулась, но тело отказалось слушаться. Похоже, меня снова чем-то опоили, сохранив относительную ясность сознания, но лишив возможности бежать. А еще, судя по боли, расколовшей мою стопу при попытке пошевелиться, я все-таки повредила ногу во время того пируэта у подъезда. Видимо, поначалу, в состоянии шока, я едва ощущала последствия травмы.
– Показательно, что ты сама завела этот разговор, Марго, – словно не замечая моих кривляний на кресле, невозмутимо продолжил Гений. – Согласись, в жизни нередко происходят истории… гм… неприятные, без которых вроде бы можно обойтись. Но все – не зря, все – в копилку жизненного опыта. Если бы не этот случай, я наверняка еще долго не задумывался бы о наследниках. А тут вдруг понял, что мне нужны дети. Возможно, даже семья.
– Рада за тебя, – мои слова невольно окрасила издевка. – Но какое отношение к этому имею я?
– Самое непосредственное. Я долго думал и пришел к выводу, что лучше кандидатуры мне не найти.
– Чьей кандидатуры? – Я вжилась в свой обычный образ глупышки, чувствуя, как тело колотит озноб. В голове отчаянно вертелась лишь одна мысль: как отсюда сбежать?
– Марго, только не делай вид, что не поняла, – расплылся в хищной улыбке он. – Твоей, конечно.
По нему психушка плачет, и как я раньше этого не замечала? Пока я лихорадочно решала, как выпутаться, Гений выскользнул из-за стола и подошел ко мне.
– Ну-ну, не пугайся, девочка. Ты мне сразу понравилась. И дело не во внешности, хотя ты – красивая, не поспоришь. Мордашка милая, волосы… Мне, кстати, больше нравится вот так. – Он растрепал мой небрежный хвост, заставив локоны рассыпаться по плечам. – И фигура…
– …плебейская, я помню.
– Не передергивай. – Он приложил палец к моим губам. – Я о том, что рожать будешь легко. Станешь моей помощницей в клубе. Ты не похожа на остальных, с характером! И меня заводит, что ты так артачишься! Любая другая на твоем месте не раздумывала бы…
– Похвальное самомнение, – усмехнулась я. – Только одна мелкая деталь: я не согласна. У меня уже есть отношения, и они меня полностью устраивают.
– Что тут может устраивать? – искренне изумился он. – Этот нищеброд в позапозапрошлогодней коллекции, не способный заработать ни гроша? Дырка в потолке? Или грязная крыша?
– Что-что? Ты это о чем? – несмотря на слабость, взвилась я. Откуда он знает про потолок? И тем более про крышу? Никому из клуба я не рассказывала о нашей романтике под небесами, даже Аньке.
Он вернулся к столу и, пощелкав по клавиатуре компьютера, развернул ко мне монитор. Я узнала фотографии со своего телефона, который оставляла при входе в клуб. Вот желтоватый подтек на потолке, который я сфотографировала, когда договаривалась с прорабом по интернету. А вот крыша, залитая солнечным светом, и маленький намек на радугу в небе, который я снимала, когда Алик попросил меня переехать к нему. Казалось, все это навеки осталось в другой, безмятежной жизни, которой у меня никогда больше не будет…
– Фи, как ожидаемо, – презрительно поморщилась я. – Наверняка и переписку читал?
– Ага. Местами – очень забавно. И отслеживал передвижения – заботясь исключительно о твоей безопасности.
Еще один умник на мою голову! Я снова сделала попытку подняться, но от головокружения потемнело в глазах. Как же отсюда выбраться – теперь, когда я не могу сделать и шага?
– Отдай мне телефон. – Я попыталась придать голосу жесткости, но вышел какой-то слабый, умоляющий писк. – Мне нужно вызвать такси.
