Клуб искателей мертвецов полностью

– Хватит, Флеминг. Хватит болтать. Ты можешь хоть раз понять, что я не желаю иметь с тобой дело? Зачем мне говорить с тем, кто виноват в пропаже моей лучшей подруги? Ты что, правда думаешь, что такие люди, как я, поведутся? Ну нет. А если ты и предлагаешь мне искать мою, заметь, подругу, когда тебе на самом деле всё равно, то тоже нет. Я не люблю подачек.

Я помолчал немного, незаметно потоптался на месте, смотря, как Рейн складывает весло, потом проверяет, насколько крепко привязала лодку к берегу.

У меня кончалось терпение. Всякий раз рядом с Рейн мне казалось, что я вот-вот выйду из себя, а ведь я ещё хотел называться психологом в недалёком будущем. Какой из меня психолог, если я не могу успокоить даже самого себя?

Из мыслей меня что-то выдернуло – кое-что всё-таки взбрело в голову.

– Ну хорошо, тогда я поеду и буду искать следы твоей и моей подруги в лесу. Может быть, я что-то найду. Да! Наверняка я что-то найду, и, я так понимаю, тебе безразлична судьба Саванны, раз ты не хочешь объединяться с тем, кто пытается ей помочь, ведь правда? – Я усмехнулся, и наступила тишина. Я был уверен, что мои слова каким-то образом повлияют на всю эту неразбериху в голове девушки, и просто не мог не почувствовать определённую перемену в её настроении.

Не зря же я учился на психолога.

– Хорошо! – воскликнула она. – Я поеду с тобой, потому что я… – Она повернулась ко мне, и я встретился с её решительным взглядом.

Отличный знак.

– Я не позволю, чтобы ты искал мою, – акцент на этом слове, – лучшую подругу в одиночку. И тем более если это ты причастен к пропаже, то я смогу узнать это. – Она откинула мешавшие волосы и скрестила руки на груди.

По воде канала шли небольшие волны, на берегу горделиво высился пятидесятилетний кирпично-красный дом, а мы ехали по городу, пока не свернули в лес, как в прошлый раз, когда я, Клео, Вестер и Рейн отправились на поиски Саванны.

Сейчас же мы с моей спутницей молчали, и безмолвие перебивали голоса каких-то рокеров из колонок – девушка специально нашла эту волну, врубила звук на полную мощность и теперь продолжала держать руки скрещенными на груди, глядя в окно. Я тогда вдруг подумал, что не завидую её будущему парню. Хотя, не будь она такой вредной, упрямой и непримиримой с одним только моим существованием, всё было бы довольно неплохо, может быть. Она могла кого-то и привлекать длинными чёрными волосами, голубыми глазами и ещё этим отстранённым видом. Ну прямо загадка. Хотя она была далека от идеала, который изображался в Playboy и в каких-то других журналах, которые доходили до нашего города. Вполне себе обыкновенная Рейн. Жаль, всё перечёркивали черты её характера.

А в салоне мы по-прежнему молчали.

Всё повторялось. И мы всё ещё не были друзьями и были не готовы разговаривать друг с другом. На наше счастье, в лесу хоть в этот раз было светло и, кажется, даже звонко пели птицы, хотя стояла далеко не весна. Но многое перестало меня удивлять, я словно потерял эту способность. Всё менялось. Наша компания и так отделилась от многих наших школьных знакомых. Стоило вспомнить о том, что мы сидели за отдельным столом в столовой – о, раньше о таком даже не могло быть и речи. Мы с моими друзьями постоянно сидели за пятью-шестью столами, а попасть к нам было не так уж и просто – для кого-то шанс присесть вместе с нами приравнивался к достижению жизни.

Но времена меняются, ничто не стоит на месте, ничто не вечно. Даже дуб, которому уже тысяча лет, когда-нибудь превратится в нечто иное и рассыплется. Материя разойдётся и перейдёт в совершенно другое состояние.

И мне тоже было не привыкать к постоянству.

Не прошло и получаса, как Рейн принялась за своё. Она сказала, что вместо того, чтобы разъезжать на «Вольво», я мог бы пожертвовать хоть что-то на детективов-активистов.

– Знаешь ли, не у каждого из нас прыгают финансы из кармана! – воскликнула девушка.

Я побарабанил пальцами по рулю – это немного сбавляло уровень моего раздражения.

– Я уже и так это сделал, но спасибо за совет, Рейн.

До этого девушка лишь косилась в мою сторону, а потом вдруг повернулась, словно хотела или что-то сказать, или вздохнуть, но вновь отвернулась к окну. Похоже, не ожидала.

Когда мы наконец приехали, она стремительно выбралась из машины и с силой захлопнула за собой дверь. Мне что-то подсказывало, что она знала о том, что не принято было так стучать дверьми машины, но на это и было рассчитано.

Ещё сколько-то шагов до хижины, и… молчание продолжалось.

Здесь до сих пор оставалась сухая листва, хрустевшая под ногами. Через уже потерявшие всю свою красоту голые деревья пробивалось солнце, освещая нам путь. Хижина была совсем рядом. Я сказал:

– Что ж, давай поищем хоть что-нибудь.

Рейн согласно кивнула. Я удивился: хоть в кои-то веки она со мной согласилась!