На визитной карточке, которую Мария дала ей накануне, Марина нашла домашний адрес медиума. Оказалось, что она жила неподалеку, и вскоре Марина уже набирала номер ее квартиры на домофоне, стоя у подъезда нового монолитного многоэтажного дома. Дом удивил ее. Он был современный, а ей почему-то казалось, что Мария должна жить в мрачном старинном особняке, при одном взгляде на который невольно зарождаются мысли о тайнах и привидениях. Здесь же загадкой мог быть только источник доходов Марии, позволивший ей приобрести чрезвычайно дорогое жилище. Марина знала, что ценник даже на однокомнатную квартиру в подобных элитных домах начинается с десяти миллионов рублей. Видимо, Мария действительно была очень известным практикующим медиумом с чрезвычайно солидной клиентурой, если смогла столько заработать.
«Или у нее был в прошлом богатый и щедрый любовник», – с иронической усмешкой подумала Марина. Ей было трудно представить Марию в роли любовницы. И дело было даже не в ее уме, красоте и обаянии в молодые годы, о которых Марина не могла судить, а в том, что любовник медиума должен обладать либо незаурядным мужеством, либо убогой фантазией, чтобы не испугаться связи с человеком, регулярно общающимся с астральным миром. Это все равно что шведский брак – никогда нельзя быть уверенным, что в постели одновременно с любимой женщиной не находится парочка-тройка любопытных духов, вызванных ею, но не убравшихся восвояси после спиритического сеанса.
Неизвестно, куда бы завело Марину ее воображение, если бы в домофоне не прозвучал чуть хрипловатый голос Марии:
– Кто это?
Марина назвала себя. После недолгой паузы, словно Мария раздумывала, впускать ли ей непрошенную гостью, замок щелкнул и дверь открылась.
Консьержа в подъезде не оказалось, и Марине не у кого было узнать, на какой этаж надо подниматься. А спросить у Марии она не догадалась. Приходилось или идти пешком, или останавливать лифт на каждом этаже, чтобы найти нужную квартиру. Марина не любила замкнутого пространства кабины лифта, чувствуя себя в ней словно в западне, и она пошла по лестнице. Такой уж был сегодня день. Она не удивилась, что Мария жила на верхнем этаже. Такое уж было ее счастье. Но ее порадовало, что она почти не запыхалась в конце своего долгого восхождения, и сердце билось не слишком бурно. Значит, она была еще в неплохой форме, и можно было утешаться хотя бы этим.
Марина всегда старалась найти хорошее даже в плохом. Ей казалось, что так намного легче жить. В конце концов, «все будет хорошо, все закончится печально», как говорил Волшебник в одной из пьес драматурга, чье имя она забыла, но запомнила саму пьесу именно благодаря этим словам.
Мария встретила ее в расшитом золотыми драконами шелковом китайском халате без пуговиц, накинутом, как показалось Марине, на голое тело. Возможно, она принимала душ, когда позвонил домофон. Или всегда ходила по квартире голой, а халат накидывала, когда приходили гости. Марине это было безразлично. Она беспокоилась только о том, что халат может распахнуться и обнажить дряблое тело пожилой женщины. Это только исполнительницы фламенко могут танцевать до преклонного возраста, не беспокоясь, что их дряхлые мощи вызовут отвращение зрителей. Сам Федерико Гарсиа Лорка восхищался одной из таких старух, видя, как она танцует. На то оно и фламенко, древний испанский танец. В современном мире все иначе. В нем ценят лишь юное тело. Майя Плисецкая могла пользоваться успехом на сцене даже в семьдесят лет только потому, что она танцевала Кармен, в этом Марина была уверена.
– Не стойте в дверях, проходите, – пригласила ее Мария.
– Если я не вовремя, то могу уйти, – на всякий случай сказала она.
Намек был прозрачен, но Мария не смутилась.
– Помнится, я вас предупреждала, что весь день буду отлеживаться, – сухо произнесла она. – Так что не взыщите за мой наряд. Надеюсь, он вас не шокирует?
– Ничуть, – слукавила Марина. – И я бы не пришла, если бы не особые обстоятельства.
Но Марию, казалось, не интересовало, чем вызван ее нежданный визит. Или у нее была выдержка, которой мог позавидовать сам штандартенфюрер Макс Отто фон Штирлиц, он же – советский разведчик Максим Максимович Исаев. Марина всегда восхищалась его хладнокровием, когда смотрела фильм.
– Хотите кофе? – спросила Мария.
– Даже запаха не переношу, – искренне ответила Марина. – Но спасибо за предложение и за то, что не спустили меня с лестницы.
– Вы еще скажите, что я могла натравить на вас духов, спустив их с цепи, как злобных собак, – усмехнулась Мария. И повелительным тоном сказала: – Идите за мной.
