Карета выехала на ярко освещенную площадь и замедлила ход. Теневым коням приходилось прокладывать себе дорогу через оживленную толпу. Повсюду громко играла музыка, и простолюдины Эмайна – ведьмы и колдуны, не приглашенные на бал, – веселились как могли. Не смущаясь, они пили вино и виски прямо из бутылок, отплясывая на украшенных лентами площадках. Праздник был в разгаре.
– И мы уже опаздываем! – сердито воскликнула Рубина, громко стуча в переднюю стенку кареты. – Поторопитесь, эй вы!
Повинуясь приказу хозяйки, кони взбрыкнули и громко заржали, распугивая подвыпивших гуляк. Толпа перед экипажем расступилась, пропуская карету к парадному входу дворца, оцепленному магами из личной гвардии магистра. Они следили за зеваками, столпившимися неподалеку.
Деметра на мгновение почувствовала себя актрисой, приехавшей на вручение премии, но для Рубины и ее отца происходящее было лишь привычной частью их мира. Причем той частью, которая вызывала скуку и раздражение.
Вытряхнув прогоревший табак прямо в открытое окно, виконт убрал трубку в карман и взял в руки серебристую венецианскую маску, лежавшую рядом на сиденье. Он повертел ее в руках, словно в первый раз оглядывая длинный изогнутый нос и выраженные надбровные дуги, а затем надел ее, завязав ленты на затылке.
Сестры последовали его примеру. Их маски, украшенные камнями и перьями, были куда более изящными и закрывали лишь верхнюю половину лица. Под цвет платьев синяя маска предназначалась Деметре, а красная – Рубине.
Лакей, встречавший экипажи, распахнул дверцу их кареты. Виконт вышел первым, а его спутницы поспешили следом.
«А могли бы остановиться и раздать пару автографов», – с улыбкой подумала Деми, едва поспевая за сестрой. Хоть опоздание на балы считалось нормой, Вэлфорды припозднились слишком сильно.
Впереди вышагивали четыре пожилые ведьмы в пышных платьях и остроконечных шляпах. Кажется, на маскарад они решили нарядиться в самих себя. С правой стороны плелся молодой парень в ярком офицерском мундире, сшитом по моде наполеоновской эпохи. Он заметно пошатывался, и не удивительно – в его руках была полупустая бутылка вина. Деми обогнала влюбленную парочку, нарядившуюся Цезарем и Клеопатрой, и оказалась перед дверями, где ее уже ждали Рубина и Сэмюэль.
– Вот и твой топаз, моя Рубина, – шутливо проговорил виконт. Деметра улыбнулась в ответ. Красный шел сестре точно так же, как ей самой шел синий, а вместе они и вправду походили на драгоценные камни – так щедро их наряды были усыпаны блестками и стразами.
Дворцовые двери высотой в три этажа были распахнуты. Вышколенный и одетый с иголочки дворецкий со всей учтивостью принимал у гостей приглашения.
– Виконт Сэмюэль Вэлфорд, дочь виконта Рубина и ее «плюс один», – возвестил Сэмюэль, насмешливо стрельнув глазами в сторону Деми, когда подошла их очередь.
Хмыкнув, Рубина протянула свое приглашение дворецкому и взяла сестру под локоть. Вместе они прошли вперед по просторному мраморному холлу, украшенному зеркалами в золоченых рамах и сияющими канделябрами.
Заметив новых гостей, к ним подошла служанка с начищенным медным подносом в руках. На нем были разложены миниатюрные книги с монограммами «ВЛ» на золотых обложках. Их назначение оставалось для Деметры загадкой.
Виконт взял три: одну оставил себе, а две отдал спутницам. Вместе они направились по мраморному холлу к роскошной лестнице, выгнутой полукругом.
– Что это? – удивилась Деми, рассматривая необычную вещицу. Крошечные разлинованные страницы оказались пусты, а на последней был закреплен маленький карандаш.
– Бальная книжка, конечно, – усмехнулась Рубина. – Будешь записывать, кто и на какой танец тебя пригласит. В телефоне это делать удобнее, но куда же без традиций…
– Меня будут приглашать на танцы?! – опешила Деметра, чуть не споткнувшись. – Но я совсем не умею танцевать… В школе мы учили лишь вальс.
– Это же бал, глупая, – рассмеялась Рубина и повела ее за собой. – Правда, учитывая сообщение Дрейка, я бы на твоем месте глубоко задумывалась каждый раз, когда какой-нибудь кавалер будет подходить с приглашением.
С каждой ступенькой музыка становилась громче – в зале, казалось, играл целый оркестр. Деметра сделала глубокий вдох и на всякий случай поправила на лице маску.
Поднявшись по мраморной лестнице на второй этаж, они оказались в длинной, увешанной картинами галерее, ярко освещенной свечами. Она заканчивалась большими двустворчатыми дверями, ведущими в зал.
Мимоходом Деми взглянула на себя в одно из зеркал. Ее фигура в корсете смотрелась совершенно по-другому. Благодаря ему приподнялась маленькая грудь, плечи не сутулились, а утянутая талия выглядела совсем кукольной благодаря пышной юбке. Дыхание стало медленным, глубоким.
Горничные Рубины отлично постарались, уложив непослушные черные волосы Деметры наверх и закрепив их шпильками… И больше страз на маске сияли только ее ярко накрашенные глаза.
Какой там Дориан!.. Никто не узнал бы ее в этом облике, даже если бы она вдруг забыла принять свое зелье… Эта мысль придала Деми смелости.
