Кто-то из воевод предложил посадить пешее войско на корабли и отправить морским путём до устья Днепра и далее по Днепру до порогов. У днепровских скалистых перекатов пешая Олегова рать высадится с кораблей и двинется к реке Ворскле, где и соединится с конным Олеговым войском. Конница, не обременённая пешими полками, гораздо быстрее преодолеет степной простор.
Олегу эта задумка понравилась. Правда, он решил, что будет лучше, если его пешая рать, преодолев Днепровские пороги, двинется на кораблях далее вверх по Днепру до самого Переяславля. К Переяславлю же Олег намеревался привести и свою конницу, минуя Змиевы валы в обход через Посемье, где ему были ведомы все пути-дороги.
«Всеволод Ярославич и его воеводы и испугаться не успеют, как мои полки нежданно-негаданно объявятся под Переяславлем!» – с мстительным злорадством думал Олег.
Намерение Олега посадить пешую рать на ладьи добавило головной боли всем тмутараканским купцам, у которых княжеские гридни бесцеремонно отбирали самые большие и прочные корабли, обещая будущим летом вернуть суда их владельцам. При этом Олеговы дружинники не выдавали купцам ни письменных ручательств, ни денежных залогов, ссылаясь единственно на княжеское слово. Торговцам, привыкшим в делах доверять только распискам и деньгам, всякое честное слово, и в том числе княжеское, казалось некой формой обмана. Не в силах противостоять княжеским дружинникам, купцы принялись прятать свои суда в близлежащих укромных бухтах, иные из них намеренно наносили своим кораблям такие повреждения, что на них было невозможно выйти в море.
Всякое противодействие его приказам выводило Олега из себя. Им владело жгучее нестерпимое желание расквитаться со Всеволодом Ярославичем за смерть своих братьев, а какие-то алчные торговцы, трясущиеся за свою прибыль, постоянно выражают недовольство его действиями. Ладно бы купчишки просто ворчали и утаивали деньги от военных налогов, но они не дают людей в Олегово войско, не желают давать Олегу свои корабли, настраивают против него всех чужеземных торговцев.
Олег распорядился, чтобы десять ладей с верными ему воинами днём и ночью стерегли гавань Тмутаракани, дабы ни один купеческий корабль не ушёл отсюда. Ещё несколько ладей были снаряжены для поисков тех судов, которые были спрятаны самыми ушлыми из купцов в укромных лиманах и в устье Кубани среди тростниковых зарослей.
После многодневных поисков Инегельд отыскал и привёл в Тмутаракань три купеческих судна. Ещё два корабля сумел разыскать сам Олег, подкупивший хазарского купца Баруха и через него узнавший, где прячут свои суда его собратья. Скаредность Баруха пришлась Олегу как нельзя кстати.
Одновременно на верфях Тмутаракани полным ходом шли работы по починке тех судов, которые были приведены в негодность их владельцами.
Успевавший всюду Олег самолично осматривал корабли, на которых были устранены все повреждения. Осмотрев один из таких кораблей, Олег собрался было заглянуть к оружейникам, занятым изготовлением мечей, кинжалов, топоров и наконечников для копий.
Неожиданно перед Олегом появился запыхавшийся Барух, смятенный и взволнованный.
– Княже, – промолвил он, утирая пот со лба, – Зорах умирает и хочет перед смертью что-то поведать тебе.
– Что с ним приключилось? – удивился Олег. – Ещё позавчера Зорах был здоров и весел. Я сам разговаривал с ним.
– Сам ничего не пойму, княже, – растерянно сказал Барух. – Родня Зораха подозревает, что здесь не обошлось без отравления. Что и говорить, недруги у Зораха были всегда. У какого богатого купца их нет?
«Не хватало мне ещё заниматься дознанием того, кто подсыпал яду Зораху!» – ворчал про себя Олег, шагая по узкой извилистой улице, стиснутой высокими каменными заборами и глухими стенами домов.
Дом Зораха находился недалеко от гавани, поэтому Олег не поехал туда верхом. Кроме Баруха, охавшего и вздыхавшего, Олега сопровождали четыре дружинника и челядинец Бокша, который нёс в руках княжескую шапку и плащ. День выдался жаркий.
Подходя к дому Зораха, Олег ещё издали увидел толпу у ворот. При виде князя толпа расступилась. Олег прошёл через распахнутые ворота мимо привратника, склонившегося в поклоне. Во внутреннем дворике Олег увидел местных лекарей, стоявших кучкой и о чём-то шептавшихся.
– Где Зорах? – обратился к лекарям Олег. – Что с ним?
Лекари поклонились князю. Затем самый старый из них ответил:
– Мы ничего не знаем, княже. Говорят, Зорах очень плох, но нас к нему не пускают. Сейчас у больного находится знахарь Ассир.
Ассир был известен в Тмутаракани как самый лучший врачеватель, его снадобья стоили немалых денег. Ассир многих вытащил с того света, поэтому ему прощали сварливый нрав и безграничную жадность.
«Коль скряга Зорах пригласил к себе Ассира, стало быть, дела у него совсем дрянь!» – мелькнуло в голове у Олега.
