Обычно бабушка угощает до отвала и обижается, если мало съел. Приходится уплетать через силу, под монотонные пересуды про соседей. Сплетни это у неё, наверное, единственный недостаток. Она не хочет мириться с тем, что окружающие живут по другим правилам: не ходят в церковь, носят срамные (короткие) юбки, смотрят телевизор (от нечистого), пьют алкоголь. Приходится терпеть насколько хватает сил, потом вежливо прощаться. Несмотря на все несправедливые упрёки про родителей и знакомых, не хочется обижать такого близкого человека. Я не помню, чтоб бабушка дарила мне велосипед или другие дорогие подарки. Если давала деньги, то лишь несколько копеек на мороженное. Однако её я люблю, наверное, больше других родственников.
— Ну, сытенький? — Традиционно спрашивает она на прощанье.
У меня хватает сил только кивнуть. Блины переполнили желудок и буквально просятся наружу.
Дома я на всякий случай спросил: "Какой сегодня день недели?" Сестра ехидно ответила, что видимо братику надо повесить личный календарь над кроватью. Догадавшись, пошёл и посмотрел на отрывной численник, висящий на кухне. Всё в порядке. Сегодня суббота. Завтра с утра ещё не погонят в школу.
В сумерки пригласил погулять дружок по двору Вовка Семагин. Оказывается, полетели майские жуки! Эту забаву мы с ним обожаем. Мне до сих пор непонятно, зачем ловить жуков и засовывать в спичечные коробки? Потом малышня их содержит, пока не помрут, как домашних животных, играют в песке, устраивают гонки жуков, привязывают ниточку за лапку и те кружатся дома под потолком, как воздушные змеи. Мне больше нравится сам процесс ловли, азарт охоты. Добычу в последние годы отдаю детям.
Проснувшись на следующее утро, валяюсь, нежусь в кровати до обеда. Не встаёт из постелей также вся моя семья, наверное, даже весь город. "Сегодня воскресенье, девочкам веселье, а мальчишкам дуракам, толстой палкой по бокам!" — Вспомнился детский народный стишок практически в тему. Ведь мне надо бы собираться и выходить заранее, чтоб успеть получить тумаков и врезать в свою очередь. На то место ещё не меньше полтора часа бегом! И дело не в том хочется или нет воевать, главное, что надо выручить своих. Видимо из древности у мужчин генетически заложено вести борьбу, отстаивая свои идеалы. Потому-то даже в мирное, спокойное время двадцатого века пацаны постоянно машут кулаками по всяким пустякам.
Спуститься вниз к Клязьме было недолго, а вот дальше последовал утомительный кросс по пересечённой местности. Вверх-вниз, вверх-вниз и так много раз сигать через овраги, сплошь покрывшие этот берег реки. И почему ума не хватило бежать по верху? Там же ровные дороги. Утомившись я направился к реке умыться и освежиться. А вот и рыбачок по колена в воде, будто меня дожидается. Места уже почти те. Лучшего варианта для потасовки на этом безлюдном участке вряд ли найду. Ничего, потом пройдусь ещё немного. Как бы только начать разговор повежливей, покультурнее?
— Привет, парень, давай подерёмся?
— Иди ты… — Отнекивается тот, сосредоточенно глядя на поплавок.
Ах он так, даже пообщаться, обернуться не желает! А ведь могли-бы попробовать как-нибудь договориться по-хорошему.
— Стоять, я рыбнадзор! Отдавай улов!
— Да я ещё не поймал!
— Тогда удочки!
Схватив за снасти, я попытался отобрать. Этого пацан стерпеть не мог. Удилища у него хорошие, из пластмассы. Такие, наверное, дорого стоят. У знакомых я видел только бамбуковые. Он целил в челюсть и пришлось уворачиваться. Не хватало мне ещё потом идти к зубному. Это же самая ужасная пытка, страшнее бани! Друзья рассказывали, что бывает у стоматологов обезболивающая заморозка, но мне почему-то, всегда дёргали просто так, вживую, с садистской улыбочкой на лице. Наконец после короткой борьбы, рыбачок удачно оттолкнул, а мои ноги споткнулись через подводный булыжник.
— Эй! Мы так не договаривались! — Попытался я пробулькать под водой, переворачиваясь через голову.
Когда вынырнул, мальчишки рядом не оказалось. Как он ухитрился так быстро убежать? Хотя стоп. Кажется, получилось! Берег гораздо более заросший. Осталось продраться сквозь кусты вверх. Вот уже слышны крики. Наши успели-таки закатить телеги в заросли и потихоньку отстреливаются из-за укрытий. У них мало стрел с боевыми наконечниками и всего один самодельный лук на всех, но против четырёх бандитов этого достаточно. Не имея доспехов, те боятся подъехать близко. Если сами за щитами спрячутся, то скакунов не защитить, и разбойники переругиваются с нашими на расстоянии.
А вот и моя коняшка беззаботно щиплет травку. Щит валяется рядом. Не так и далеко распластался поверженный противник. Ого! У него же рогатина с железными наконечниками! Вон она лежит около сосны. Решено! Выбравшись из оврага, пригнувшись, прячась за всеми попадающимися препятствиями, где ползком, где перебежками я подобрался поближе. Кобылица поприветствовала радостным ржанием.
— Тихо ты, дурашка.
Уклоняясь от ласковой морды, я упал в густую траву.
— Как бы твоего хозяина не заметили раньше времени.
