Хелин чуть не выругался — можно подумать, что он тут по своей собственной воле на снегу развалился, хотел возразить ей, что ноги у него так замерзли, что вряд ли он встанет — но не станешь же показывать слабость перед девчонкой?
Он напрягся, и рывком поднялся. Что за чудо? Ноги словно и не уставали, не замерзали — спокойно и легко он сделал шаг, потом еще один, и удивленно уставился на чудо-кошку.
— Да что она у тебя, волшебница какая? — спрсоил он девочку.
— Почему волшебница? — предернула она плеячиком. — Самая обыкновенная кошка… По крайней мере, это она так всем гвоорит… Пошли, а то ты скоро от голода падать начнешь… Да и надо тебе в тепле немного побыть. А там решим, куда тебе держать путь, если ты в лесу заблудился…
И, не дожидаясь ответа, она направилась в лесную чащу, и кошка сидела у нее на плече, а волк послушно трусил след в след, иногда оборачиваясь на Хелина.
Самое же странное было в том, что ветки сами раздвигались, давая ей проход.
Вот еще тебе княгиня лесная, — подумал Хелин, ступая за девочкой вслед. — Из огня в полымя попал… Она тут, похоже, за главную… Попробуй-ка ей не подчинись, если ее волк слушается!
Девочка шла вперед, не обращая на Хелина больше внимания.
Наконец показался маленький, бревенчатый сруб. Ничего себе, дворец у лесной княгини, — усмехнулся про себя Хелин. — Вот и ответ тебе — и вправду девчонка из книжников… Просто привыкла тут жить.
— Дед! — закричала девочка. — Я тебе тут еще одно чадо привела! Мало было тебе меня, проказницы, еще один разбойник тебе на шею…
Дверь открылась.
На пороге стоял высокий старец в черной сутане, подпоясанной суровой веревкой.
— Что же ты его разбойником обозначила? — покачал он головой строго, но в его глазах спряталась улыбка. — Ах, Аннушка, Аннушка… Лучше пойди, молока надои… Молодцу этому сейчас больше всего покой да еда нужны.
— Да уж куда я денусь, — вздохнула девочка, и, взяв ведро, отправилась в заднюю часть небольшого дворика — туда, где Хелин с удивлением обнаружил еще одну постройку.
— Я помогу, — вызвался он.
— Да ты не умеешь, — отмахнулась она. — А впрочем, ежели хочется, пойдем… С нашей Филуменой познакомишься. Можно ему со мной, дедушка?
— Да пускай идет, — улыбнулся старец. — Тебе с ним веселее будет, чем со мной.
— Вот уж неправда! — запротестовала девочка. — Мне с тобой лучше всех…
— Иди, голубка, — ласково погладил ее по светлой головке старец.
Но, стоило детям скрыться из его глаз, как грусть проникла в них. Вскинул он взгляд высоко к небесам, и проговорил:
— Неужели, Господи, уже пора снаряжать их в путь? Ведь мала она еще… Не повременить ли?
Да тут же осекся — его ли дело с Господом спорить? Пора — значит, пора…
Девочка открыла дверь в хлев, и, звякнув ведром, подошла к козе. Та повернула в ее сторону голову, и ласково посмотрела на хозяйку.
Доброе утро, Филумена, — погладила ее девочка. — Как спалось? Кстати, познакомься — это…
Она обернулась к Хелину.
— Представь себе, Филумена, я и сама не знаю, как нашего гостя зовут! Наверное, имя у него магическое — нельзя, чтобы все знали, а не то он силы колдовской лишиться!
И она звонко рассмеялась, да уселась на маленькую скамеечку, принимаясь за дело. Быстрыми и уверенными были движения ее маленьких ручек. Хелин невольно залюбовался ей.
— Так как тебя зовут, не скажешь? — обернулась она к нему, лукаво улыбнувшись.
— Хелин, — ответил мальчик, невольно покраснев.
— Имя и правда заморское, — удивилась она. — Может, ты и в самом деле с Луны свалился?
— Нет, я из Города бежал, — сказал Хелин.
— Надо же, и я из Города сбежала! — подтвердила его догадки девочка. — Только давно это было… Я маленькая совсем была, почти и не помню, как этот ваш Город выглядит!
— Да ничего там нет хорошего, — вздохнул Хелин. — Я бы оттуда давно ушел, если б не брат.
— Что ж теперь ушел, бросил брата? — поинтересовалась девочка.
— Он погиб, — едва слышно сказал Хелин, и отвернулся, чтобы она не видела, как предательски блеснули глаза.
Она смотрела на него теперь по другому — серьезно, с сочувствием, словно понимала, как она выглядит — боль утраты.
— Прости, — попросила она. — Я не знала…
— Да ладно, — отмахнулся он, и улыбнулся. — Можешь еще разок…
Они помолчали немного, словно оберегая те минутки боли, когда душа твоя соприкасается с душой ушедшей.
— Моя няня тоже недавно умерла, — нарушила первой тишину девочка. — Во сне… Но Дед говорит — смерти нет на свете… Только для плохих людей! Твой брат ведь не был плохим?
— Он лучше всех на свете, — твердо ответил Хелин.
— Няня была тоже самой доброй и ласковой, — вздохнула девочка. — Нам без них одиноко, пусто — да только нужно научиться их слушать. Это только кажется, что нет их с нами — а совсем и не так! Меня няня все время выручает… И тебя твоя брат станет выручать, вот увидишь!
Она закончила, чмокнула козу в нос, и обернулась.
— Бери ведро… Сейчас завтракать будем!
— Ловко у тебя получилось! — признал Хелин. — Я бы не смог!
— Да нетрудна наука, — рассмеялась девочка.
— Это кажется…
