— Да не ради нее! Ради своего Города!
Она молчала. Нахмурила свои тонкие брови, сжала кулачки и делала вид, что не слышит Хелиновых слов.
— Анна, иначе мы не дойдем до Истукана…
— А мне наплевать на твоего дурацкого Истукана!
— А на Ангела?
— Вряд ли Ангелу бы понравилось, если бы из-за него врали и рисковали своими кошками!
Марго спустилась с Анниных колен.
— Куда ты, Марго?
Марго не обернулась.
Подойдя мягко и неслышно к стражникам, потерлась об их ноги и проникла между прутьями в воротах.
— Марго! — отчаянно закричала Анна.
Но Марго будто не слышала ее.
Анна бросилась за ней.
Стражники попытались остановить ее, но не тут-то было! Анна с силой оттолкнула одного, потом ударила второго по коленям: он согнулся.
Открыв ворота, Анна побежала за кошкой.
— Марго! — кричала она. — Подожди, пожалуйста!
Хелину ничего не оставалось, как следовать за ними, таща за собой Каната.
Марго теперь шла не спеша — она ведь добилась своего. Марго даже остановилась и подождала Анну и Хелина.
Анна догнала ее, взяла на руки.
— Зачем ты меня так пугаешь, Марго? — принялась ворчать Анна, гладя кошку по голове. — Что я стану без тебя делать? Ты думала про это?
Глаза кошки были печальны, она нежно потерлась о щеку хозяйки своей мордочкой. Будто знала что-то о них, но не решалась сказать, чтобы не расстроить любимицу.
В городе было тихо, окна домов плотно занавешены, точно все спали. Под ногами хлюпала болотистая жижа.
— Интересно, куда они подевались? Или спрятались за этими занавесками?
Хелин подошел к дверям, постучал.
Раздались шаркающие шаги, и тихий голос спросил:
— Кто там?
— Простите, мы хотели бы…
— Нет! — испуганно закричал голос.
Хелин услышал удаляющиеся шаги, и все стихло.
Ему только и оставалось, что пожать плечами и отойти от неприветливого дома.
Да что дом — весь этот городок был неприветливым. И — мертвым…
Он попробовал еще раз постучать — уже в другое окно, но и там его ждал испуганный вскрик, быстрые удаляющиеся шаги, и — тишина…
В конце концов, — решил Хелин, — нам вовсе необязательно наслаждаться общением с этими странными людьми… Если тут есть выход к Гнилому болоту, мы его и так найдем… Без посторонней помощи.
— Пойдем, — обратился он к Анне, снова взял Каната под уздцы и решительно направился вдоль по дороге.
— Даже в Городе такого не было, — тихо ворчал он себе под нос. — Конечно, там тоже все страдали страхом, как насморком, но тут вообще что-то непонятное творится! Эти, похоже, и из-под кровати нос не показывают… Чего они так боятся?
— Болезней, — предположила Анна.
— Болезней? Да ведь они их любят!
— Ну, может быть, они любят только особые болезни, — рассудила Анна. — А мы можем заразить их не любимыми…
— Я вообще не могу понять, как можно любить болезни, — задумчиво сказал Хелин. — Болезни — жутко неприятная вещь…
— Ну, если человек ужасно любит самого себя, он и болезни свои начинает любить, — вздохнула Анна. — Может быть, они не умеют думать про что-то, не относящееся к себе? А если у этих бедняг нет ничего, кроме болезней, получается, что они о них только и думают!
Странное дело, они в этом городке никого не интересовали! И даже стражники их не преследовали… Хелину это нравилось все меньше и меньше. Точно каждый из здешних жителей знал, что им все равно не уйти… От чего?
Впереди показался дом. Среди остальных убогих домишек этот явно выделялся: был больше, внушительнее и стоял на самом краю города.
Уже доносилось кваканье, и сомнений не было — они почти подошли к Гнилому Болоту. То есть, извините, к Прекрасному Озеру.
— Похоже, здешняя королева выстроила дворец на самом берегу болота, — удивилась Анна. — Странная особа. Мне бы никогда не пришло в голову селиться возле болота!
— Ну, может быть, она вообще жаба какая-нибудь, — фыркнул Хелин. — Тебе не нравится сидеть около болота, а она большая любительница тины… Может, она даже купается в болоте…
— А чего потом удивляться, что тут все чем-то больны? — развела руками Анна. — Чего можно хорошего ожидать от купания в болоте?
Она толкнула калитку, почти на сто процентов уверенная, что калитка будет заперта. Но — вот удивительно! — калитка легко поддалась движению руки, тихо скрипнула и открылась.
Пожав легонько плечами, Анна ступила в сад.
Впрочем, называть это садом было глупо, но Анна догадалась, что это именно сад.
По двум сторонам тропинки росли высокие кусты болотной осоки. Наверное, у каждого свой вкус, — подумала Анна. — Может быть, хозяйке нравятся эти унылые цветы…
Анна попыталась представить себе человека, которому это может нравиться. Ничего не получалось… Слишком блеклыми были краски, невыразительными и немного скучными. Даже репейник красив по-своему, — размышляла Анна. — В любом цветке есть своя прелесть, не спорю… Но это однообразие — разве может оно принести кому-то радость?
И сама себе ответила: Может. Если человек называет Гнилое Болото Прекрасным Озером, этому человеку нравится именно унылое однообразие…
