Он и сам не мог объяснить, почему он с такой легкостью доверил этому человеку свое сокровище. Может быть, потому, что у него в глазах жила печаль, которой Хелин верил всегда больше, чем другим человеческим чувствам? Ведь если человек столкнулся со страданием, он способен любить! А может быть, Хелин поверил ему потому, что ему очень хотелось кому-то сейчас верить?
Они шли быстро, и очень скоро неожиданный помощник остановился перед высоким забором, разделяющим странный город и лес, отодвинул доску, не выпуская Анны из рук, и вылез в образовавшуюся щель.
Хелину ничего не оставалось, как сделать то же самое, хотя он искренне опасался, что в такую щель не пролезет Канат, но он ошибся: конь совершенно спокойно миновал препятствие.
Теперь они шли по узкой тропинке, почти незаметной, мимо болота, поросшего осокой и камышами. Под ногами хлюпала грязь, и сухие камыши тихим шепотом навевали на путников уныние. Только бы ничего не случилось с Анной! — молил Хелин. Ах, если бы они миновали этот чертов город! Если бы они вообще никуда не ходили… Холодная рука отчаяния все сильнее сжимала Хелиново сердце.
Человек шел теперь тише, раздвигая ветки, он свернул с тропинки и только один раз оглянулся: где-то вдали слышались голоса. Болотные королевы снарядили погоню за нами, — понял Хелин.
— Не бойся, — улыбнулся ему спаситель. — Сюда они не ходят… Боятся.
— Чего? — удивился Хелин.
Место, в которое они теперь попали, казалось ему куда спокойнее, чем город болотных королев.
— Того, чего они не могут понять и что не могут подчинить себе, — загадочно усмехнулся странный человек.
Словно в ответ на его слова где-то далеко на болотах крикнула выпь, почти по-человечески… Хелин невольно поежился.
— Неужели и ты боишься? — удивился мужчина. — Ничего, сейчас я тебя познакомлю с Кикой.
Он раздвинул ветки, и Хелин вдруг увидел вход в пещеру.
— Входите, — кивнул мужчина, приглашая их внутрь. — Коня тоже вводи…
Но Канат испуганно заржал, попятился назад.
Хелин невольно посмотрел на своего вожатого с испугом: чего это Канат начал пугаться?
— Кика! — строго прикрикнул хозяин пещеры. — Перестань пугать добрых людей!
В глубине пещеры что-то тоненько заверещало.
— Кика, не пытайся меня разжалобить, — проговорил странный человек. — Твои шутки хороши только для Королевы-матери… Ее можешь пугать сколько угодно!
Канат немного успокоился, они вошли в пещеру.
Слабый огонек свечи освещал ее, и Хелин с удивлением обнаружил, что внутри пещеры тепло и уютно. Правда, с кровати немедленно спрыгнула странная фигурка: Хелину на какой-то момент показалось, что это собака, но нет! Фигурка была человеческой, и повисла у хозяина пещеры на руке, пытаясь забраться на шею.
— Подожди, Кика, положим нашу девочку на кровать, а потом уж начнем обниматься и целоваться, — проворчал добродушно тот.
Кика озабоченно всплеснула руками и застонала тоненько.
— Да, все именно так, как ты предполагала, — вздохнул человек. — Нам надо было вытащить их оттуда раньше…
Кика металась вокруг Анны, то поднимая тонкие ручки к небесам, то опуская их.
Выглядела она при этом столь забавно, что у Хелина вырвалась на волю улыбка.
Длинные лохматые волосы достигали щиколоток, падали на лицо, и огромные глаза сверкали из-под челки.
— Принеси еще одно одеяло, — распорядился хозяин. — Девочку знобит…
Кика послушно метнулась в угол, и когда она пробегала мимо Хелина, он с удивлением обнаружил, что странная особа едва достигает его пояса.
Тем временем хозяин бережно уложил Анну на кровать, накрыл одеялами и легко коснулся ладонью ее горячего лба.
Покачав озабоченно головой, он пробормотал едва слышно:
— Бедное дитя!
Потом повернулся к Хелину и спросил:
— Вы оба пили зелень?
— Нет, — покачал головой Хелин. — Я не пил…
— А почему ты позволил ей? — сдвинул брови на переносице хозяин. — Зелень — это болезнь.
— Я не знал…
— Да, зря я на тебя кричу, — вздохнул хозяин. — Откуда вам было это знать? Если бы Кика заметила вас раньше! Во всем виноват я: мне надо было выручить вас сразу, как только она примчалась сюда и сказала мне, что у королев новые жертвы!
Он погладил девочку по волосам.
Марго лежала теперь у Анны на груди. Хелину показалось, что так Анне тяжело дышать, и он уже поднял руку, чтобы прогнать кошку, но она обернулась и посмотрела на него: в ее взгляде было столько любви и боли, что Хелин не смог этого сделать.
Да и хозяин остановил его словами:
— Оставь ее… Иногда животные лечат. Кто знает, может быть, девочке полегчает?
Словно успокоившись, Марго обняла Анну лапами за шею и положила свою головку совсем рядом с Анниной — так и лежали они теперь, щека к щеке, словно две сестры.
Анна тяжело дышала, из груди вырывался хрип, и, когда Хелин дотронулся до ее щеки, ему показалось, что он обжегся.
— Господи! — вырвался у него стон. — Как же я допустил это?
Сейчас он казнил себя — ну, что ему стоило, в самом деле, выбить у Анны из рук бокал с этим сатанинским зельем?
— Ты не знал, — попытался успокоить его хозяин.
— Я же чувствовал! — горячо воскликнул Хелин. — Разве я сам пил? Но почему, почему я позволил это ей?
