— Это их души, — пояснил Князь. — И ничего я не ловил. Они сами отдавали мне свои души. Видишь ли, дружок, для большинства этих людей душа кажется совсем ненужной… Вот, например, Растаману было нужнее богатство. Впрочем, богатство нужно им всем. Кому-то чтобы спокойно жилось, а кому-то для ощущения превосходства… Нет, я никого не ловил! Они сами отдавали мне души. Вот, например, Ариан даже нашел меня! Ему нужна власть… А Королева хотела любви. Правда, она перепутала любовь с поклонением, но это неважно… Кстати, она до сих пор обижена на меня за то, что ее жизнь не устроена, и Король отказывается ей подчиняться. Даже не ей — ее матери! Вот так глупы люди, Хелин! Им нужны глупости. Игрушки. Химеры. Так вот… Ты должен ответить мне сейчас на один вопрос. Тебе жалко их? Только ответить ты должен мне честно!
Хелин молчал. Он переводил взгляд с одного шара на другой.
Химеры… Они погнались за химерами, и сами стали расплывчатыми серыми пятнами… Может быть, их и в самом деле нельзя жалеть? И Князь прав — ему не место среди этих…
Он вздохнул, поднял глаза и замер.
Там, на верху, стояли пустые шары.
— Я жду ответа, — напомнил о себе доселе молчащий Князь.
Шары. Пустые. Он собирался их наполнить, но не смог…
— Хелин…
— Ты ответишь мне так же честно? — поинтересовался Хелин. — На мой вопрос?
— Да.
— Тогда скажи мне о тех шарах, — показал Хелин. — О пустых шарах. И после этого я отвечу тебе.
Анна долго сидела на кровати, обняв колени руками, и смотрела на огонь свечи, отбрасывающий на стены причудливые тени.
Она немного успокоилась, и страх оставил ее. Правда, по-прежнему она не могла вспомнить слова молитв, но сейчас она говорила сама. Значит, так было нужно. Может быть, иногда, чтобы научиться самой разговаривать с Богом, надо забыть слова молитв?
— Я оставила его одного, — прошептала Анна. — И еще где-то там совсем один Канат… А кругом — вампиры, оборотни и этот жуткий Князь с его печальными глазами и надменной улыбкой…
Она была сердита на себя.
— Много же ты стоишь, княжна, — тряхнула она головой. — Бросила друзей в беде, оставила их во власти полночных бесов… Разве с тобой так поступали?
Она встала.
Подошла к двери, дернула ручку. Дверь не открылась.
Анна стукнула по ней кулачком и обернулась.
Ее заперли!
Теперь она уже не сомневалась — ей обязательно надо выйти отсюда!
Оставалось окно. Она помнила, что Носферат запретил ей его открывать.
— Ну, знаете ли, — усмехнулась Анна. — Еще не указывали бы мне разные вампиры, что делать!
Она решительно подошла к окну, отворила его и замерла.
— О, Боже! — вырвалось у нее.
Ничего прекраснее не доводилось ей еще видеть!
Луна светила повсюду, как солнце. Деревья казались белыми, словно под снегом, а по болоту стелились, пересекаясь друг с другом, лунные дорожки.
Где-то далеко звучала музыка.
Анна прислушалась.
— Дитя шагнуло за порог, и вот уже дорога девчонку манит и зовет от своего порога…
Женский голос пел так красиво, так гармонична была мелодия!
— Что впереди девчонку ждет, никто не знает наперед!
Анна посмотрела вниз.
— Здесь можно спуститься, — прошептала она. — Не так уж и высоко!
Она перелезла через подоконник.
Где-то далеко испуганно заржал Канат.
— Сейчас, Канат, — прошептала Анна. — Я уже иду к тебе… Подожди еще немного!
Канат снова заржал, на этот раз отчаянно, словно опасность была совсем рядом с ним.
Анна спрыгнула вниз.
Женский голос вдали прервал пение.
Некоторое время было так тихо, что Анна слышала собственное дыхание.
Потом женщина вдали тихо засмеялась.
— Однажды смерть к тебе придет, и ты поймешь сама что возвращение домой…
Анна вздрогнула, обернулась.
Ей показалось, что голос звучит совсем близко, будто незнакомка стоит за спиной и шепчет ей в ухо.
— Длинней, чем путь сюда… — закончила парафраз невидимая певица и снова засмеялась.
— Кто вы? — прошептала Анна. — Что вы от меня хотите?
Тишина ответила ей, вязкая тишина, в которую Анна погружалась, как в болото.
Снова раздался голос Канат. Конь словно звал ее, кричал, умолял о помощи.
— Я иду к тебе, Канат! — закричала Анна. — Я сейчас приду!
Хелин вздрогнул.
Ему показалось, что он только что слышал голос Анны, и она звала на помощь.
— Анна?
Князь нахмурился.
— Это кричала Анна? — снова спросил Хелин.
— Может быть, — пожал плечами Князь. — Мало ли что приснится уставшему ребенку…
— Она кричала там!
Хелин бросился к окну.
— С княжной ничего не случится, пока я не захочу этого, — улыбнулся Князь. — А я пока этого не хочу. По крайней мере, ее жизнь зависит от…
Он замолчал.
— От чего?
— Ты спрашивал меня о чем-то, — напомнил Князь.
— О шарах, — вспомнил Хелин, все еще вслушиваясь в тишину за окном.
Теперь он ничего не слышал и поверил Князю. И в самом деле, княжна кричала во сне, ничего удивительного, что в таком месте приснится кошмар…
— О пустых шарах, — уточнил Хелин.
Князь усмехнулся.
— Это… Так. Безделушки… Заготовки.
— Ты обещал быть со мной честным, — напомнил ему Хелин. — Забыл?
