Через глазок в стене открывался замечательный обзор. Сначала Рёрик увидел горницу Миронега, затем самого хозяина Ладоги и некоторых присутствующих на собрании бояр. А потом различил и их речи.
– Молодой князь! Ты не должен слушать его, – уговаривал скрипучий голос, принадлежащий какому-то старцу. – Этот варяг может привести сотни доводов. Но нам наперед ясно одно…Он что-то нечистое задумал, все не просто так! Ты обязан не пустить его в Ладогу!
– Как я могу не пустить того, кто разгромил десятки городов?! – Миронег был вспыльчив и держал себя в руках только с теми, кто внушал ему реальные опасения. А эти седобородые старцы не только не представляли никакой опасности, но и раздражали его своими очевидными замечаниями. – Да у меня толком и дружины нет! И Рагнар идет…
– Твой отец никогда бы не призвал на помощь чужеземца, – неодобрительно заметил другой голос.
– Потому Ладогу и сожгли дотла! – возмутился Миронег.
– На славянских землях издавна бытует наем варягов на службу, в этом нет ничего нового, – неожиданно раздался голос в поддержку молодого князя. То оказался убеленный сединами боярин по имени Мирко. Его Рёрик уже знал. Этот человек был ближайшим сподвижником прежнего князя. Для Миронега же, судя по всему, он явился не только надежной опорой в государственных делах, но и мудрым наставником в жизни.
– Вот именно! – оживился Миронег. – Наш сосед Гостомысл, как говаривал батюшка, еще тот жлоб. Но даже он несколько раз за плату звал их в свою дружину воевать. С ними же и на Царьград ходил. А вас что не устраивает?!
– Нас не устраивает то, что обычно их
– Если он захочет отнять у меня что-либо, то он может сделать это немедля, ибо защищать меня некому! Кроме него! Ха-ха, – было видно, что Миронег разозлен. Что и понятно. Старики даже не слушают его доводов! Они все еще живут в тех далеких временах, когда Ладога имела прочные укрепления и храбрых защитников.
После слов Миронега Рёрик почувствовал симпатию к молодому правителю. Вопреки горячему нраву и младым годам, похоже, тот не так уж глуп.
– С такой сильной дружиной он мог бы захватить куда более процветающий город, чем наш, – подсказал Мирко.
– Вот именно! – Миронег поднял палец вверх. – Зачем ему обломки бревен, что зовутся Ладогой?!
– Ему не обломки нужны, молодой князь, а наши земли…– раздался все тот же скрипучий голос, а потом звук посоха, опустившегося на деревянный пол. Этот жест вызвал бурю одобрения. Присутствующие поддержали боярина громкими возгласами.
Пока в покоях Миронега шумел нестройный гул голосов, Рёрик непроизвольно перевел взгляд на девушку. Ее лицо было совсем близко. Чуть раскрыв уста, она, как и он сам, прислушивалась к заседанию. В кладовой было темно, одна свеча не управлялась с освещением. Но все же девушку было пока видно вполне.
– Чей это мерзкий глас? – шепотом уточнил Рёрик у девушки. Скрипучий голос того вещуна забивал все остальные.
– Народный староста…Невер…– объяснила девушка шепотом, поправляя завязки воротника на своей высокой груди.
Девушка перебирала тесемки столь изящно, что Рёрик даже отвлекся, на миг забыв про заседание бояр. Однако речь помощника Миронега вернула его внимание обратно в покои князя.
– Аршин не сукно, кувшин не вино, – напомнил разумный Мирко. – Что есть земли, если они пусты…
– Да! – Миронег уже совсем обозлился, что бояре все еще продолжают перечить ему. – Город, сочти, целиком надо отстраивать заново! У нас толком и дани собрать не с кого! Не нужен ему этот стол! Окромя коров и свиней здесь поживиться нечем! Вам от страха мерещатся нелепости! – заорал Миронег. После чего воцарилась тишина, и он продолжил уже спокойнее. – А оскорбить его отказом я не желаю. Тем паче условия для нас выгодные. Все берут монеты, а он согласен на содержание и кров.
– А почему они выгодные? – упорствовал Невер. – Пораздумай, зачем ему это? Он покушается на наше добро…Ему нужно все, что твой отец созидал многие годы!
Рёрика уже начинал раздражать этот ворчливый старикан со скрипучим голосом. За все время собрания он не сказал ничего положительного. Одни только опасения и мрачные назидания. Опуская затекшую руку, Рёрик нечаянно коснулся живота девушки. Не заостряя внимания на своем непреднамеренном жесте, он вернул руку к тряпице и снова сосредоточил слух.
– Варяг все мне объяснил: здесь много его земляков, вот он и хочет их защищать…– отмахнулся Миронег, который, возможно, и сам смутно догадывался, что это лишь отговорка, а истинная причина кроется в чем-то ином. Тем более, толком не ясно, кого именно Рёрик подразумевал под земляками: народ своего отца или народ, среди которого он долгое время жил.
– Это мы слыхали уже не раз, – перебил Невер. – Но ты и сам, князь, разумеешь, что это все – токмо его россказни. Не такой уж он миленький и сердечный, чтоб задарма кого-то оберегать. Здесь кроется коварный умысел.
