Она открыла окно, впуская внутрь шелест деревьев. По ночам хижину окружала кромешная тьма, которая в детстве пугала. Она отказывалась выходить из дома после заката, особенно в одиночку, не выносила всепоглощающую нечеловеческую пустоту сельских мест. Ей всегда хотелось перебраться в место поярче, поживее, где больше людей и смеха. Как же с тех пор все переменилось! Ей нравилось одиночество, она упивалась тьмой, уединением ночных лесов. И ненавидела людей за их зудящую суету, шум, запах.
Женщина сняла одежду, в которой летела в самолете. Вообще одежда ей нравилась, нравилось, как смотрится в одежде ее тело. Ей доставляло удовольствие пробовать новое, примерять разные вещи, как будто это было не тело, а игрушка. Она знала, что в каком-то смысле так и есть. Тело принадлежало Рэйчел Белроуз, но Женщина, по сути, была кем-то другим.
Она приняла душ, смыв с себя запахи других людей, и натянула простую ночную рубашку. Затем достала из сумочки четыре книги: Книгу скорости, Книгу туманов, Книгу уничтожения и Книгу отчаяния. Свои любимые, их она применяла чаще всего, отчасти потому, что они просты в использовании. Другие книги требовали от нее определенных действий, или же их нужно было передать тому, на кого она хотела воздействовать. Женщина предпочитала не связывать себя такими ограничениями, и любимых книг ей обычно хватало с лихвой.
Она медленно спустилась по лестнице на первый этаж и ниже в подвал. Туда, где находились внутренности дома – бойлер, трубы, старые доски и инструменты. На одной из стен по-прежнему висел чехол отцовского ружья, в котором до сих пор хранились патроны и снаряжение. Всю жизнь отец любил охотиться, за исключением самых последних дней, когда уже за ним охотилась Женщина с его револьвером. Ей понравилось применять револьвер и на нем, и на других людях в последующие годы. Так она развлекалась, пока не появились книги.
Пол в подвале был забетонирован. Из освещения – лишь свисающая с потолка голая лампа. Женщина дернула шнурок выключателя, и лампа слегка закачалась, расплескивая свет по полу. В углу комнаты к стене был придвинут матрас. Матрас этот остался с тех времен, когда она держала здесь людей для экспериментов. В последние годы Женщина испытывала различные способы применения Книги отчаяния. Эта книга ее всегда интересовала: мысль о том, что отчаяние можно использовать как оружие, казалась довольно интригующей. Она вспомнила, как применила книгу на ребенке в Лондоне, и ощутила внутри радостный трепет. Она полностью удовлетворила свою жажду. Той девочке она подарила боль, бесконечное страдание.
В противоположном углу в пол был зацементирован старый металлический сейф. Раньше он принадлежал ее матери, когда та еще была жива. Мать Женщины работала ветеринаром и хранила в сейфе некоторые лекарства. Почему – Женщина никогда не понимала, да и сейчас ей было все равно. Она давно избавилась от лекарств, и теперь в сейфе лежали исключительно ее собственные ценности – книги, собранные за годы охоты.
Она открыла сейф и положила туда три книги, к трем их собратьям; всего шесть из семи принадлежавших ей книг. Книгу отчаяния она пока оставила при себе, потому что во время полета из Лондона ей пришло в голову сделать с ней кое-что. И в ближайшие дни она планировала это попробовать.
Закрыв сейф, Женщина вернулась в комнату и проспала там много часов с Книгой отчаяния под боком. Сны ей не снились, как не снятся мертвым.
В день своего возвращения из Лондона Женщина начала поиск новых книг для охоты. Вот что ей двигало. Она существовала, чтобы искать книги. Жажда книг была неутолимой, и только добывая новые, могла она заполнить эту пустоту внутри себя. Иногда, по необходимости, она спала и ела, однако все это – особенно прием пищи – представлялось ей неприятной рутиной.
Женщина начала с прочесывания различных секретных сайтов объявлений, известных лишь охотникам за книгами и коллекционерам. Книги становились все более редкими, что лишь усиливало удовольствие от охоты. Чем меньше книг в мире, тем больше у нее.
Иногда, в редкие мгновения, она задумывалась: в чем ее цель, кто она, что будет, когда она соберет все книги. Женщина не мыслила себя без этой тяги, без постоянного стремления раздобыть новые книги. Но что она сделает, когда соберет все?
Над такого рода вопросами размышлять ей не нравилось, в эти мгновения она ощущала себя наиболее уязвимой, чувствовала, как из глубины за ней наблюдает та девочка, которой она когда-то была. И девочка была в отчаянии. Видя, что творит Женщина, она кричала, заламывала руки. Как заключенный в камере без окон, девочка стучалась, билась, бросалась о стены, однако слышать девочку Женщина могла лишь в моменты тишины, когда размышляла над теми самыми вопросами.
Поэтому Женщина знала: лучше не думать. Лучше сосредоточиться на задаче.
В мире еще оставались книги и их владельцы, которых нужно выследить и уничтожить.
И оставалась Библиотека Фокса.