Так вот, для действия необходимо, чтобы мы не представляли себе с легкостью чужие личности, их боли и радости. Тот, кто испытывает симпатию, останавливается. Человек действия считает, что внешний мир состоит исключительно из инертной материи — она инертна либо сама по себе, как камень, на который наступают или который отодвигают с дороги, либо как человеческое существо, неспособное ему сопротивляться, и потому нет разницы, камень это или человек, ведь, как и камень, его отодвинули или на него наступили.
Военачальник — лучший пример практичного человека, поскольку он соединяет в себе чрезвычайную сосредоточенность действия с ее чрезвычайной важностью. Вся жизнь — это война, а сражение есть синтез жизни. Но военачальник — это человек, играющий жизнями, как шахматист играет фигурами. Что стало бы с военачальником, если бы он думал о том, что каждый его ход в игре приносит ночь в тысячу очагов и скорбь в три тысячи сердец? Что стало бы с миром, если бы мы были человечны? Если бы человек чувствовал по-настоящему, цивилизации не было бы. Искусство служит выходом для чувствительности, о которой действию пришлось забыть. Искусство — это Золушка, которая осталась дома, потому что так должно было быть.
Любой человек действия — бодрый оптимист, потому что тот, кто не чувствует, счастлив. Человека действия можно распознать по тому, что он никогда не бывает в дурном настроении. Тот, кто работает, даже если он не в духе, является прислужником действия; в жизни, в большой целостности жизни он может быть помощником бухгалтера, каковым, в ее частном случае, являюсь я. Но он не может управлять вещами или людьми. Управлению свойственна бесчувственность. Правит тот, кто весел, поскольку, чтобы грустить, нужно чувствовать.
Шеф Вашкеш сегодня заключил сделку, которой разорил больного человека и его семью. Как только он ее заключил, он напрочь забыл, что этот индивид, в котором он видел исключительно контрагента, существует на самом деле. После заключения сделки на него нашла чувствительность. Но только после, ведь очевидно, что, появись она раньше, сделку бы никогда не заключили. «Мне жаль этого типа, — сказал он мне. — Он останется в нищете». Затем, зажигая сигару, он добавил: «В любом случае, если ему от меня что-нибудь понадобится», — имея в виду какую-нибудь милостыню — «я не забуду, что обязан ему хорошей сделкой и солидной прибылью».
Шеф Вашкеш не разбойник: он человек действия. Тот, кто проиграл ход в этой игре, действительно может в будущем — ведь шеф Вашкеш щедрый человек — рассчитывать на милостыню от него.
Все люди действия таковы, как шеф Вашкеш — промышленные и торговые боссы, политики, военные деятели, религиозные и общественные идеалисты, великие поэты и великие художники, красивые женщины, дети, которые делают что хотят. Приказывает тот, кто не чувствует. Побеждает тот, кто думает только о том, что необходимо для победы. Прочее, коим является неопределенное человечество в целом, бесформенное, чувствительное, хрупкое и обладающее воображением, представляет собой лишь декорации, на фоне которых выделяются эти находящиеся на сцене фигуры, пока не закончится представление марионеток; доску с квадратиками, на которой возвышаются шахматные фигуры, пока их не переставит Великий Игрок, который, воображая себя двойной личностью, играет и развлекает всегда сам себя.
304.
Вера — это инстинкт действия.
305.
Моя жизненная привычка ничему не верить, особенно инстинктам, и мое естественное неискреннее поведение суть отрицание препятствий к тому, чтобы делать это постоянно.
Суть состоит в том, что я превращаю других в мою грезу, подчиняясь их мнениям, чтобы, расширив их посредством моих рассуждений и моей интуиции, сделать их моими и (не имея мнения, я могу придерживаться как их мнений, так и каких-либо других) приноровить их к моему вкусу и превратить их личности в нечто подобное моим грезам.
Таким образом, я ставлю мечту перед жизнью, о которой мне удается и дальше грезить в словесной форме (другой у меня нет), удерживаясь посредством чужих мнений и чувств других на зыбкой линии моей бесформенной индивидуальности.
Любой другой человек — это канал или желоб, по которому морская вода течет только по их желанию, отмечая сверканием воды под солнцем изогнутое русло ее направления более реально, чем было бы, если бы желоб был сухим.
Из моего быстрого анализа порой может показаться, что я паразитирую на других, но в действительности дело в том, что я заставляю их быть паразитами моих последующих переживаний. Мое существование обретается в оболочке их индивидуальностей. Я делаю слепки их следов в глине моего духа, и, копируя их внутри моего сознания, я последовал по их следам и прошел по их пути дальше, чем они сами.
