Жрица ахнула и загородила рот ладошкой.
- Так я ж никому не говорила, клянусь Милостивой Матерью Всего сущего, - скороговоркой созналась она.
- Чего испугалась-то? Все равно никакого проку от той тайны…
- Почтенный, а если завет не будет выполнен? Что станется тогда… с нами?
Вель хмыкнул.
- Всякий, кто не покорится Злыде, будет убит… потекут кровавые реки, - ответил он, переиначенной строкой священного писания.
- Был убиваем каждый, не покорившийся Исчадью Мрака, - бездумно поправила его жрица и продолжила по памяти. - По мертвой выжженной земле, где не осталось ни мыши полевой, ни птахи щебечущей, ни зеленой былинки, потекли реки крови. - По привычке она помахивала бахромчатыми концами пояса. - Нет, нельзя допустить, нельзя…
- Как бы не вышло еще хужей, чем в Прошлом. Поди, докажи кому, что на земле снова появилось Зло во плоти… Спохватятся, а уже поздно будет. Ты ж мне не поверила.
- Остальные вели предупреждены?
- Надеюсь. Меня тревожит другое… Много ли среди них воинов?
- Когда на земле нет войн - воины не нужны.
- Теперь, вот, понадобились… И где их взять? Придется людей отрывать от мирных дел и обучать тому, о чем они совсем представления не имеют. Воинское искусство - наука тяжелая. Не усвоил урок - прощайся с жизнью.
- И снова будет Великая Битва?
- Да ляд его знает, - проворчал Синеок. - Но коль уж суждено людям биться, то не на кого опологаться им, кроме себя самих. Другие народы за нас не впрягутся. А от богов нечего ждать помощи вообще. Они уже давным-давно дела земные оставили на самотек.
- Свят-свят-свят, - Любавушка отмахнулась от гостя концами пояса и осмотрелась вокруг - не стал ли кто из прихожан свидетелем ужасных велевых речей. - О, боги не слушайте его!
- Ага, прямо-таки внимают тебе боги, развесили уши. Неужто, ты и впрямь думаешь, что они тебя слышат? - фыркнул вель. - А деи, так и вовсе, плевали на наши беды.
- Ах ты, старый хрыч, что ж ты на святой земле богохульствуешь!
- Ладно-ладно. Ты тоже не молодуха. - Синеок смело встретил грозный взгляд жрицы. - И коль уж столько лет на земле обретаешься, не хуже моего должна все понимать.
- Не обижай деев! Иначе они не откликнутся на мольбы!
В другой раз Синеок промолчал бы, но тут не сдержался.
- Ох уж, мне эта людская привычка - уповать на богов. Открою тебе тайну. Деи равнодушны, как к хуле, так и похвале. Полагаться на них - пустое дело. Что деи, что ляды, суть, одно и тоже - управители стихий. Они не добрые и не злые. Для них нет ни сегодня, ни вчера, ни завтра. Они живут одним мгновением. Они - само сиюминутное действие. Люди же думают, если свершилось что-то хорошее, то это дей пособил, а если бедствие, то виноват ляд да лихо. Нет. Всяко-разно деи вмешиваются в бытие не от большой любви к роду человеческому, и не для того, чтобы наказать за какие-то прегрешения, а по своему разумению, кое непостижимо для нашего ума. Они и людей-то замечают совершенно случайно… Ну, бывает, конечно, откликаются они на истовые мольбы, снисходят до простых смертных… Один, как родитель мой незабвенный, чтобы совокупиться с какой-нибудь несчастной бабой. Другой - в засушливый год прольет дождем пашню. Третий нагонит ветра в паруса. И сразу же они забывают о своем благом деянии - деи, одним словом. С той же легкостью они заставляют людей страдать и бедствовать. И не потому, что прогневились на кого-то…
- Многое на своем веку слыхивала, но такое… - прошептала жрица, вне себя от противоречивых чувств. - Тем более странно, когда подобное говорит сын бога.
- Так убеди меня в обратном. Я готов выслушать твои доводы.
- Есть учение… Нельзя отделять деев от породивших их Трижды Великих Творцов - все они боги Добра и Света. Почитание пресветлых богов есть основа веры, единственной истинной веры на земле. Заповеди Мудрого Творца защищают души людей от Зла. Только благодаря своей вере наши предки выжили в Смуту, вынесли все лишения и прошли все испытания. Они сохранили свои души чистыми. Ты же богохульством своим разрушаешь Храм, который люди по камушку возводили века.
- Напридумывали всякого. Затуманили людям головы этим вашим учением.
- Пусть ты сын бога, но святотатствовать не смей! - Любавушка хлестнула Синеока поясом, но совсем не больно.
- Ой! Пришибешь меня, заодно с лядами.
- И поделом тебе, охальник.
- Ну вот! Еще и бьют за правду! Истину тебе говорю, как есть… А пыл свой ты для проповедей прибереги. И слова эти тоже.
- Это слова Священного Писания!
- Да, знаю я… Читал. Только чего бы там не сочинили жрецы, деи все равно ничего, кроме погоды не делают.
- А как же великаны? Ты же сам - сын дея.
