Но у него все получилось превосходно! Результат его стараний превзошел даже самые скромные ожидания - одноглазая, уродливая, костлявая старуха, посаженная в котел с кровью, поднялась из него молодой, ослепительно красивой женщиной.
Глядя на Милицу, никто не поверил бы, что эта роскошная женщина еще днем была мерзкой, одноглазой ведьмой, которую должны были казнить. Она разделила бы участь, постигшую когда-то ее мать и брата. Ей ставили в вину пожирание младенцев, питье человеческой крови, отравления, наведение порчи, уничтожение плода в утробе матери - все то, что молва приписывает, и не без оснований, злым колдуньям. Список преступлений был такой длинный, что не хватило бы и двух дней, чтобы рассказать обо всех ее деяниях. Ведь Милице было почти сто лет, и за свою долгую жизнь она много чего натворила.
- Я самовластный хозяин земли и единственный бог, достойный поклонения, - ударив себя в грудь, произнес Темнозрачный, словно споря с кем-то за окном.
- О, величайший, бессмертный Властелин, ты и только ты, - согласилась Милица, сидевшая на широком ложе, застеленном голубым бархатом под полупрозрачным облаком поднятого полога. Роскошная обстановка спальни - резная мебель из черного и красного дерева, дорогие ткани, ковры, традиционные для южного жилища, но с необычно толстым ворсом - свидетельствовала о богатстве хозяина дома. Подушки всех цветов и размеров, сложенные аккуратными горками вдоль стен, дополняли убранство.
- Я повергну всех в трепет… в ужас и трепет. Все края, все земли я накрою своей тенью. - Он сбросил стеганый халат, обнажив мощный торс, стянутый на талии широким красным поясом.
- Ты велик и всемогущ, как никто на земле. Ты убьешь всех своих врагов. Тебе покорятся все земные народы, - вторила Милица, не сводя с него взгляда. В облике молодого мужчины, у которого два дня назад отнял жизнь, он выглядел необычайно привлекательно - смуглый, с бархатным взором, широкими, изогнутыми бровями, крупным, красиво очерченным ртом. Идеальной формы череп был обрит наголо. Только голос - неприятный, режущий слух - совсем не подходил его мужественному облику.
- О! Я их уничтожу, раздавлю, обращу в пыль, сотру с лица земли, - скрежетал он. - Никому не будет пощады.
- Да будет так, мой повелитель! - заверила его Милица с поклоном.
- В этот раз им не удастся обмануть меня. Я им не позволю…
В Прошлом он получил хороший урок. Попытка покорения земли окончилась для него полным провалом, в прямом и переносном смысле. Долгие века он пребывал в небытие, пока не возродился. Вернувшись на землю, он не понял, куда попал. Хуже, что поначалу он ничего не знал про себя самого - забыл, кто он, откуда и что с ним случилось. По мере того, как восстанавливались силы, он вспомнил свою прошлую жизнь, начиная с того мига, когда впервые увидел свет, белый, ослепительно яркий, и до того проклятого дня, когда угодил в ловушку к великанам.
- Я им обещал, что вернусь, а они мне: “Даже не мечтай!“. Ну и кто оказался прав? Я - вот! Тут! Целый и невредимый. А все они, мои тогдашние, заклятые враги давно мертвы. Нету их! От них ничего не осталось!
- Прах к праху, - колдунья махнула рукой, выражая свое презрение к смертным сыновьям деев.
- А я… я стою над жизнью и смертью. - В хищном оскале он обнажил ровные, белые зубы. - Хотел бы я сейчас посмотреть на тех великанов… О, если бы я мог вернуть им жизнь… ненадолго, на несколько мгновений. Мне бы только глаза их увидеть, когда они поймут, что все их жертвы были напрасны… что, отдав свои жизни, они ничего не изменили… лишь отсрочили неизбежное. - Запрокинув голову, он громко рассмеялся.
Зловещий хохот раскатился по внутреннему дворику, отразился от поверхности воды небольшой купальни. Угрожающие, лающие отзвуки разнеслись по саду и напугали человека в лохмотьях, бредущего вдоль высокой ограды. Бродяжка замер и прислушался. Его руки невольно потянулись к потрепанным концам молитвенного пояса.
- Свет во мне… от веры да пребудет сила во мне… сгиньте нечистые… возвращайтесь во Мрак, откуда явились, - зашептал он.
Слабый порыв ветра, будто в ответ, вместе с обычной для этого часа прохладой обдал его зловонием разложения - запахом смерти, который всякое живое существо распознает безошибочно. Коротко ругнувшись и обратившись в бесшумную тень, бродяга поторопился убраться подальше от жуткого места.
Темнозрачный насторожился. Он не услышал - своим черным нутром почуял - древнее заклинание. Совсем слабое, подобное беззубым укусам. Оно вызвало новый взрыв хохота.
- Жалкие ничтожные создания! Дерзнули тягаться со мной…
- О, бесподобный в своем величии, главное, ты вернулся. Ты возьмешь то, что принадлежит тебе по праву.
- Да! Никто и ничто на земле не сможет меня остановить. - Взявшись за прутья ажурной решетки на окне, он посмотрел на звездное небо. - И как замечательно все совпало! Положение дневного и ночных светил на небосводе подсказывают мне, что близится мой час.
- Даже небеса к тебе благоволят, мой повелитель.
- И все станет так, как было задумано еще во дни Творения.
- Когда наступит твой час, Владыка?
