Улучив мгновение, когда мамаша пошла на огород, он прокрался в дом. Люлька из ивовых прутьев стояла в углу, увешенном травяными оберегами от двенадцати болезней-хворей. Крошечная вельша, укрытая пестрым, лоскутным одеялом, лежала с открытыми глазами. Взор у нее был мутный, еще слепой, обращенный внутрь. Но Темнозрачный видел пред собой не слабого, беспомощного младенца, а заклятого врага. Он отшатнулся, когда девочка засучила ручками-ножками, будто драться с ним собралась. Даже в ее капризно искривившемся ротике ему почудилась коварная, угрожающая усмешка.
Зарычал Темнозрачный. Вскипела в нем злость, вперемежку со страхом. Ужасно захотелось ему схватить младенца и разорвать. Он протянулся к люльке, но тут его дрожащие руки будто наткнулись на невидимую преграду и стали превращаться в черные когтистые лапы, что обычно случалось с ним, когда он терял самообладание.
“Нет, ничего не изменилось!“ - подумал он. А в следующий миг его ударили по спине ухватом так сильно, что будь он простым смертным, валялся бы на полу. Хозяин-то все это время в доме находился и, заметив чужака, тихонечко сполз с печи и хватил непрошеного гостя по хребтине тем, что под руку попалось.
Темнозрачный заверещал, взвился, заметался из угла в угол и, просочившись сквозь стену, бросился наутек. Хотя ему ничего не стоило убить человека, застигнутый врасплох он туго соображал. С перепуга помстилось ему, что он угодил в ловушку, подстроенную велями.
Он пришел в себя в лесной глуши, куда загнал его страх, вдали от людских жилищ и больших дорог.
“Нет, этого нельзя так оставлять, - подумал Темнозрачный. - Деево отродье надо уничтожить, покуда маленькое! Большие вели - большие беды“.
Он успел найти несколько человек, негодяев по призванию, согласившихся ему служить, и завладел их душами. Он позвал того, который находился ближе всех. Недавно, буквально третьего дня, он случайно, - а может, и не случайно вовсе, - повстречал мерзавца, который похвалялся, что за золото готов убить кого угодно. Незримо связанный договором, лиходей вскоре явился в указанное место. Узнав о предстоящем деле, он поначалу заупрямился, потом вдруг сник, и Темнозрачный засомневался, действительно ли его слуга готов на все. Однако едва речь зашла об оплате, и зазвенело золото, тот живо заинтересовался, где находится младенец. И как сразу заговорил! Его послушать, так вельша была уже мертва. И потребовал оплату вперед.
На дело отправились вдвоем. Во-первых, кто-то должен был открыть засовы в доме, и обезвредить взрослых мужчин - хозяина дома и его соседа, вызвавшегося посторожить младенца. Во-вторых, Темнозрачный не доверял душепродавцу. И, в-третьих, хотел увидеть своими глазами смерть вельши.
Глубокой ночью, когда все обитатели дома уснули, он при помощи чар бесшумно открыл дверь с крыльца. Дверь в сенях оказалась подперта палкой изнутри, но вскоре и она приотворилась. В просторной горнице на столе тускло горела масляная лампа. Язычок пламени полег, потом поднялся и на миг озарил ярким светом все вокруг - всю спящую неподвижность ночного дома.
Угол, где в прошлый раз стояла люлька с младенцем, оказался пуст!
Едва обнаружилось сие досадное обстоятельство, все пошло наперекосяк. Слуга-лиходей, дышавший Темнозрачному в затылок, вдруг крякнул и с пробитой головой рухнул на пол.
- Держи вора! - заорал во всю мочь прятавшийся за дверью мужик с топором, сосед хозяина, подрядившийся помочь поймать похитителя младенцев.
Экая неприятная неожиданность…
Темнозрачный резко развернулся и - хрясь! - как копьем пронзил хвостом орущего мужика. Тот, зажав руками дыру в грудине, упал ничком.
Откуда взялся хвост? Темнозрачный удивился, потому что не помнил и не понял, как его черная сущность сбросила человеческое обличие. Но мыслить связно он уже не мог - пробудившееся в нем чудовище лишило его такой способности. Оно рассвирепело при виде крови и безудержно рвалось вперед.
Призрачный лунный свет лился через окошки под самым потолком. Тихо плескалась вода, стуча о деревянные борта. Слышалось тяжелое дыхание мужчины, толкавшего ладью на глубину.
- Спасай ребенка, женщина, - заскрипело в углу под потолком. Звук был странным, будто дом проседал, и стонали бревна. - Исчадье Мрака задумало погубить твое дитя.
- Что делать-то? - испуганно спросила мать и тут же вскрикнула.
Двери разлетелись в щепки. Нечто большое и темное ввалилось в сарай и замерло, злобно рыча. Мужчина обернулся, выставив перед собой нож, а женщина в лодке припала грудью к большой корзине, где лежал младенец.
- Отдай дитя реке! - снова заскрипело что-то под потолком. - Деи его сберегут.
- Заткнись, тварь убогая! - заревел Темнозрачный. Он сразу заметил - кому, как не ему, Исчадью Мрака, все видеть в темноте - вестника Провидения, который, подобно летучей мыши, висел вниз головой на стропиле.
В следующий миг створки сарая сами собой распахнулись, и внутрь ворвался теплый, легкий ветерок. Темнозрачный взвыл, ощутив дыхание деев, и страшным голосом начал читать заклинание, отводя волшебную силу разгневанной земли.
