2. Взгляд внутрь (16:32). «Долготерпеливый лучше храброго, и владеющий собою лучше завоевателя города». Самоконтроль имеет большее значение, нежели физическая сила. Битва с самим собой – это величайшая из битв, которые только может выиграть человек. «Владеть собой» в этом стихе относится к нраву человека.
3. Взгляд вверх (16:33). «В полу бросается жребий, но всё решение его – от Господа». Жребий использовался в религиозных целях, когда другие средства были непригодны или недоступны; он не должен был заменять собой благоразумие или тщательное исследование. Благочестивые израильтяне верили, что верным жребием руководит сам Яхве. «Пола» здесь – это складка в одежде, куда помещались два жребия, на основании одного из которых делался выбор. Эти жребии – вероятно, камни различных форм или цветов – затем извлекались из складок одежды или вытряхивались на землю (например, Ин. 18:10; Деян. 1:24–26).
<p>Неоднозначность человеческих дел</p><p>Притчи 17:1-28</p>Глава 17 посвящена двойственности человеческих дел. Одна и та же деятельность в разное время может быть как хорошей, так и плохой.
А. Стремление к покою (17:1–9)
1. Внутренний покой (17:1–3). «Лучше кусок сухого хлеба, и с ним мир, нежели дом, полный заколотого скота, с раздором». Дом без любви, каким бы роскошным он ни был, – несчастное место (ср. 15:16 и дал.). Сухой хлеб перед употреблением размачивали в вине или воде (ср. Руфь 2:14). Мясо ели во время праздничных трапез. Дом «полный заколотого скота», т. е. жертвенного мяса, означал, что семья ни в чём не нуждалась (17:1).
«Разумный раб господствует над беспутным сыном и между братьями разделит наследство». В знак признания заслуг и верности хозяин может даровать слуге свободу и вписать его в число своих наследников (Еккл. 10:7). Писание приводит несколько примеров слуг, достигших выдающегося положения (17:2; Быт. 24:2; 2 Цар. 16:4).
Семейная жизнь, как и остальные аспекты человеческого существования, управляется всеведущим Богом. «Плавильня для серебра, и горнило для золота, а сердца испытывает Господь». То, что огонь творит с металлами, Бог проделывает с сердцем. Посредством скорби, болезни и финансовых трудностей Он очищает его от скверны и являет на свет добро, которое в нём есть (17:3; 1 Пет. 1:7; Откр. 3:18).
2. Общественный покой (17:4–5). «Злодей внимает устам беззаконным, лжец слушается языка пагубного». Такой человек слушает с жадностью и, тем самым, лишь поощряет сплетника. «Уста беззаконные» здесь указывают на того, кто клевещет на ближнего. Сплетни полагают конец репутации, а иногда и самой жизни (17:4).
«Кто ругается над нищим, тот хулит Творца его; кто радуется несчастью, тот не останется ненаказанным». Наслаждение чужим несчастьем, пусть даже несчастьем врагов, – это самая отвратительная форма злобного эгоизма (ср. Иов 31:29). Бог делает бедным и делает богатым (1 Цар. 2:7). Следовательно, издеваться над бедностью человека – богохульство. «Несчастье» либо навлечено Богом, либо происходит с Его ведома. Таким образом, радоваться чьему-то бедствию – значит проявлять презрение к Богу (17:5).
3. Покой в старости (17:6). «Венец стариков – сыновья сыновей, и слава детей – родители их». Дети – одно из величайших благословений жизни. Быть окружённым толпой любящих внуков для древних евреев было желаннее, чем обладать царским венцом. Большое число детей гарантировало прочность семьи. Точно так же и дети охотно хвастаются своими отцами, если у них есть на то причины. Основания для детей гордиться им – это лучший стимул для отца жить достойно.
4. Покой в суде (17:7–8). «Неприлична глупому важная речь, тем паче знатному – уста лживые». «Важная речь» указывает на снисходительную или властную речь. «Глупый» (набал) – это человек извращённого характера, образ жизни которого – худший повод для гордости. Ещё меньше «лживые уста» подходит князю (надиб), который, как предполагается, обладает благородством характера (17:7; Ис. 32:8).
«Подарок – драгоценный камень в глазах владеющего им: куда ни обратится он, успеет». Взятка позволяет достичь всего, для чего она предназначается. Она подобна драгоценному камню, который ослепляет красотой и воздействует на суждение того, кто его получает. Эта притча не одобряет взяточничество, которое по-прежнему запрещено (ср. Исх. 23:8; Втор. 16:19). Соломон просто констатирует факт, не указывая на нравственную сторону взяточничества. Возможно, что этот стих более универсален и относится к дарам, которые преподносятся для умиротворения гнева или в доказательство дружбы (17:8).
