6. Одиночество и разрушительные отношения (21:19). «Лучше жить в земле пустынной, нежели с женою сварливою и сердитою». «Пустынная земля» – это необитаемая местность. Одинокая жизнь в таком месте предпочтительнее, чем дом, ставший зоной боевых действий (ср. 21:9). Напряжённость и беспорядок в доме является результатом присутствия вздорной жены.
Г. Богатство и жадность (21:20–26)
Следующая серия притчей по большей части посвящена приобретению и сохранению богатства.
1. Мудрые сохранят богатство (21:20). «Вожделенное сокровище тук – в доме мудрого; а глупый человек расточает их». Благодаря мудрому управлению благочестивый человек способен к накоплению добра. «Тук», символ комфорта, выступает примером такого добра. Глупец стремительно растрачивает и истощает всё, что было накоплено.
2. Праведникам жить легко (21:21). «Соблюдающий правду и милость найдёт жизнь, правду и славу». «Соблюдать» праведность и милость означает взять их в качестве руководящих принципов жизни. «Правда» – это добродетель, которая воздаёт должное и Богу, и человеку. «Милость» (хесед) – это братская любовь. «Жизнь» такого человека будет в этом мире будет более благодатной, т. е. долгой и благополучной. Он так же и находит «правду», которая во второй части может иметь значение «благословения», как в Пс. 23:5, т. е. праведное отношение Бога, верного в обещании вознаграждения. «Слава» – это уважение и почёт среди ближних, не говоря уже о славе в вечности.
3. Мудрость, превосходящая грубую силу (21:22). «Мудрый входит в город сильных и ниспровергает крепость, на которую они надеялись». Интеллект и нравственная сила ниспровергают физическую мощь. Слово «крепость» относится к оборонительным сооружениям. Всё мужество и сила доблестных воинов не смогут защитить город от мудрого стратега. Такой человек сумеет ослабить силу, в которую так верят защитники. Он не только возьмёт крепость, но и разрушит её до основания.
4. Мудрость, охраняющая уста (21:23–24). «Кто хранит уста свои и язык свой, тот хранит от бед душу свою». Речь идёт о возможном ущербе от неосторожных слов. Человека, который знает, когда нужно говорить, а когда молчать, не касаются неприятности. «Душа» здесь обозначает самого человека (21:23).
«Надменный злодей – кощунник имя ему – действует в пылу гордости». Этот стих раскрывает характеристики того, кто назван «кощунником» (лец), любимым словом Соломона для обозначения свободномыслящего скептика его дней. Презрение кощунника к ниспосланной религии укоренено в интеллектуальной гордыне, которая отвергает наставления и закрывает глаза на истину (21:24).
5. Алчность губительна (21:25–26). Во-первых, алчность губительная для ленивых. «Алчба ленивца убьёт его, потому что руки его отказываются работать». Лентяй всегда предпочитает вздремнуть вместо работы. Его стремление к праздности станет его могилой (21:25).
Во-вторых, алчность губительна для нечестивых. «Всякий день он сильно алчет, а праведник даёт и не жалеет». Некоторые связывают этот стих с предыдущим, но лучше рассматривать его как отдельную притчу. Со всех сторон звучат требования, просьбы о помощи, настоятельные призывы, которые, казалось бы, невозможно удовлетворить. Праведный же благословлён в достаточной мере, чтобы делиться. Он щедр и милосерден, а ещё трудолюбив. Он должным образом управляет и так организует свои расходы, что у него всегда есть, чем поделиться с нуждающимся (21:26).
Д. Божьи справедливые суды (21:27–31)
В следующем наборе притч Соломон обращается к справедливости Божьих судов.
1. Суд над религиозными актами (21:27). «Жертва нечестивых – мерзость, особенно когда с лукавством приносят её». «Нечестивые» здесь – это те, кто думает, что их жертва предотвратит Божий суд, даже если сами они и не думают прекращать грешить (ср. 15:8). Грешник исполняет всё предписанное религией без тени веры или покаяния. Это уже достаточно плохо. Но ещё хуже, когда такой грешник приносит свою жертву «с лукавством». Он как будто пытается подкупить Бога в надежде добиться Его согласия на грех, от которого не хочет отказываться. С другой стороны, он может пытаться впечатлить людей своим благочестием, чтобы затем как-то воспользоваться этим. Такое надругательство над Божьей чистотой и справедливостью нельзя назвать иначе, чем «мерзость».
