Книги мудрости и Псалмы полностью

Г. Высказывания с числами (30:15–31)

Отличительной чертой наставлений Агура является использование в них чисел. Ранее в книге Соломон уже использовал похожую схему притчи (ср. 6:16–19). Четыре из них принадлежат к так называемым «градуированным числовым притчам»¹.

Исследователи расходятся во мнениях относительно назначения таких притчей. Возможно, самое правдоподобное предположение состоит в том, что они основаны на загадках, в которых слушатели в игровой форме должны угадать, какие явления относятся к заявленной категории. Вкрапления юмора, которые можно увидеть в некоторых из них, могут указывать на их развлекательный аспект (напр., вещи, заставляющие землю трястись в ст. 21–23). Такое объяснение объединяет их одной целью, одновременно объясняя их разнородность. Тем не менее нет никаких доказательств, что это было сделано намеренно.

1. Ненасытимость (30:15–16). Конская «пиявка» (перевод МБО), обычный для Палестины кровососущий вредитель, используется здесь в качестве символа ненасытимости. Существуют две, три, даже четыре вещи, которые ненасытимы как конская пиявка: (1) Преисподняя (Шеол), обитель мёртвых, никогда не насытится своими жертвами; (2) бесплодная утроба (букв., смыкание утробы), т. е. горячее желание израильтянки иметь детей; (3) земля, жаждущая воды, чтобы быть плодородной; и (4) огонь, жадно пожирающий всё, что может послужить ему топливом.

2. Безбожие (30:17). Эта независимая притча связана с предыдущей только использованием аллюзии на животное. Агур изображает сына, который высокомерно высмеивает советы своих отцов. «Глаз, насмехающийся над отцом», выклюют «вороны дольные». «Глаз» здесь – это то, с помощью чего разум выражает презрение и неподчинение, показатель внутренних чувств. Тот, кто не подчиняется своей матери, в равной степени виновен и будет подвержен такому же обращению. Наказание за это подразумевает, что сын встретит насильственную смерть, а его тело останется непогребённым.

3. Непостижимое (30:18–20). Агур утверждает, что есть четыре непостижимые для него вещи. Во-первых, это «пути орла (стервятника) на небе», т. е. как такая тяжёлая птица может летать, не падая на землю. Другие предполагают, что речь идёт о том, что птица не оставляет видимого следа там, где она пролетела.

Во-вторых, это «пути змея на скале», т. е. как это существо может передвигаться без ног. Другие считают, что загадка состоит в отсутствии оставляемых змеёй следов. В-третьих, это «пути корабля среди моря», т. е. как именно он остаётся на плаву. Или как можно отследить путь корабля через океан. В-четвёртых, это «пути мужчины к девице», т. е. любовная интрига. Грех супружеской неверности требует скрытности и не оставляет никаких следов. Это толкование иллюстрируется и подтверждается в следующем стихе (30:18–19).

«Таков путь, и жены прелюбодейной». То, что Агур в предыдущем стихе сказал о мужчине, он теперь говорит о неверной жене. После совершения ею греха, его невозможно отследить. Прелюбодейка пала так низко, что не находит в своей измене ничего греховного. Для неё прелюбодеяние – это лишь удовлетворение физической потребности, подобное приёму пищи. Фраза «поела» – это эвфемизм для греха, который она совершила (ср. 9:17; 5:15). Она «обтёрла рот», не оставив никаких следов своей незаконной трапезы, т. е. очистила себя после встречи. Она говорит себе: «Я ничего худого не сделала». Она забывает о Том, кому доступно всё тайное. Её заботит лишь то, как избежать поимки людьми и продолжить притворяться добродетельной женой (30:20).

4. Невыносимое (30:21–23). Агур с юмором изображает землю, содрогающуюся от того, что ей приходится носить на себе четыре типа людей. Четыре называемых им зла разрушают комфорт общественной жизни, подрывают основы общества и ставят под угрозу безопасность всего народа. Для каждого пола он отбирает по две иллюстрации. Во-первых, земля содрогается от «раба, когда он делается царём» (ср. 19:10).

Во-вторых, земля содрогается от «глупого, когда он досыта ест хлеб». «Глупый» (набал) – это низменный, расточительный и беспечный богач. Когда такой человек поднимается до высокого положения, или получает власть над другими, он тут же становится высокомерным, эгоистичным и нетерпимым. Кроме того, такой человек может вообще отрицать роль Господа в своей жизни (ср. ст. 8–9; 28:12; 29:2).