Когелет изучил задачу, которую Бог поручил сынам человеческим, т. е. то, чем они должны заниматься. Выполняя её, люди планируют, готовятся и прилагают огромные усилия. Все их усилия, однако, регулируются высшим законом. Результаты же появляются в час, назначенный божественным провидением. Труд человеку предписан Богом, это часть человеческого наследия. Тем не менее, этот труд не может принести удовлетворения или утолить духовную жажду человека. Скорее эта бесплодная борьба предназначена для того, чтобы человек осознал собственную ограниченность и признал верховную власть Бога (3:10).
Бог предопределил и спланировал всё, что уготовано человеку. Про то, как Бог управляется со Своими делами, нельзя сказать ничего плохого. Фактически, из-за точного выбора времени созидания по сравнению со временами уныния, «всё соделал Он прекрасным в своё время». Все жизненные неурядицы находятся не только в гармонии с целью Бога, но и под Его благотворным надзором. Если человек увидит общую картину, он вне всяких сомнений удивится тому, как Бог устроил жизнь.
Своими трудами люди невольно способствуют цели божественного провидения. Бог вложил в сердца людей «мир» (
Б. Наслаждение Божьими дарами (3:12–13)
Когелет заключает, что человеку следует доверять Богу и «веселиться», т. е. брать от жизни лучшее в его понимании. В своей жизни человек должен решить «делать добро». Это выражение лучше всего понимать в нравственном смысле. Добродетель необходима для счастья, удовлетворённости и мира. Этот стих ни в коем случае не защищает эпикурейство. Упомянутое в нём наслаждение – это не распущенность, а радость от невинных удовольствий, которые Божья любовь дарует всем, кто живёт в соответствии с Его стандартами благости. Беспокойство о будущем не приносит никакой пользы. Попытка управлять тем, что лежит вне его власти, может лишь омрачить жизнь человека (3:12).
Тот, кто творит добро, «ест и пьёт», т. е. наслаждается жизнью. Такой человек «видит доброе» в своём труде, т. е. способен наслаждаться материальными дарами, которым Бог позволяет пройти через его руки. Это удовлетворение жизнью – дар Бога тем, кто поставил добродетель своим приоритетом. Благочестивая радость – это результат благочестия, даваемый в ознаменование того, что всё доброе и совершенное приходит свыше (3:13).
В. Удовлетворение в Божьей воле (3:14–15)
За свободой воли и действий человека стоит Божья воля. «Всё, что делает Бог, пребывает вовек». Его воля неизменна. Человек не в силах что-либо поменять в том, как всё устроено провидением. Он не может ускорить или замедлить Божий замысел, не способен он и дополнить или пресечь исполнение Божьего плана. Осознание того, что Бог держит мир в своих руках, порождает в человеке благоговейный страх перед праведным правлением, которому он подчиняется. Помимо всего прочего, этот факт служит основанием надежды и уверенности среди часто резких превратностей жизненного пути (3:14).
В Божьем провиденциальном управлении миром явно видна определённая упорядоченность. «Что было, то и теперь есть, и что будет, то уже было». В 1:9 похожая мысль использовалась для оплакивания суетности жизни. Здесь Когелет утверждает, что упорядоченная и назначенная последовательность событий служит свидетельством нравственного правления Бога. Придёт время, и «Бог воззовёт прошедшее», т. е. вспомнит то, что давно прошло и исчезло как из виду, так и из памяти. Таким способом Когелет говорит, что истории свойственно повторяться, и это далеко не случайный процесс. Бог властен и над историей (3:15).
Если Божье провидение контролирует существование человека, как тогда объяснить всё зло и несправедливость в мире, способные разрушить любые планы насладиться жизнью? Не противоречит ли присутствие зла в мире всевластию Бога? Когелет обращается к этой проблеме, а в особенности его интересует вопрос коррумпированности судов.
А. Постановка вопроса (3:16)
Когелет записывает новое и тревожное наблюдение, сделанное им в повседневной жизни. «Место суда» – это то место, где должно вершиться правосудие, но вместо этого там царит «беззаконие». Сам же судья обязан быть праведным, т. е. справедливым, человеком, но в «месте правды» подняла свою уродливую голову та же самая нечестивость (3:16)3. В последующих стихах Когелет подходит к этой проблеме с двух сторон.