Небесное воздаяние грешнику будет соответствовать мере его греха. Он чувствовал и проявлял безудержную, ненасытную жадность. «Ничего не спаслось от обжорства его». Алчность такого человека может быть возмещена только полной потерей всего и нуждой. Во времена самого большого изобилия его ждёт внезапное несчастье. Все обиженные и угнетаемые им восстанут против него, сделав его своей добычей.
В. Полнота Божьей кары (20:23–29)
Грешнику будет чем наполнить своё чрево, но это будет лишь Божья кара. Ярость гнева Всемогущего ливнем обрушится на него. Он будет убегать от одной смерти лишь для того, чтобы встретить другую. Он как будто столкнётся с врагом, вооружённым медным луком. Из этого грозного оружия будет выпущена стрела, которая пронзит его тело. Софар изображает грешника вытягивающим из своего тела сверкающую стальную стрелу в надежде спасти себя. Однако, вскоре ужасы смерти всё равно настигнут его (20:23–25).
Описывая кары небесные, Софар рисует один образ за другим. Всё самое мрачное станет единственным сокровищем грешника. Сверхъестественный, «никем не раздуваемый» огонь поглотит всё оставшееся в его шатре (20:26).
Небеса и земля объединятся в борьбе с грешником. Это может быть отсылкой к взыванию Иова к земле (16:18) и его лицемерной уверенности в том, что у него есть свидетель на небесах (16:19; 19:25). Небеса «открывают» беззаконие Иова в карах, которые на него обрушиваются. Земля восстаёт против него в виде враждебности к нему ближних. В день Божьего гнева вся собственность грешника будет смыта потоком (20:27–28).
Завершая речь, Софар ещё раз обращает внимание Иова на ту картину, которую он только что представил. Иову стоило бы увидеть себя на этой картине. Уверенность Софара в том, что такой поворот в судьбе Иова – это Божье наказание, заставляет Иова снова дать ответ своему другу.
В первом раунде спора Иов был подавлен мыслью о том, что Бог стал его врагом; во втором – что от него отвернулись люди. В обоих случаях потребовались язвительные слова Софара, чтобы Иов обратил внимание на аргументы своих друзей. В первый раз при ответе Софару Иова переполнял горький сарказм (гл. 12). Теперь патриарх обрушивает на него шквал фактов, которые непосредственно касаются доводов друзей.
А. Призыв к вниманию (21:1–6)
Начиная свою речь, Иов указывает на четыре причины, по которым его друзьям стоит к нему прислушаться. Во-первых, по мнению друзей, они давали ему «утешения Божии» (15:11); утешение, которое Иов от них ожидает, – это их внимание к его словам. Во-вторых, после того, как Иов выскажется, Софар может над ним насмехаться, если хочет. В-третьих, жалоба Иова не касается ни его друзей, ни людей вообще. Его жалоба имеет отношение к одному лишь Богу. Из-за того, что Бог продолжает молчать, Иов считает, что у него есть повод проявлять нетерпение. В-четвёртых, один лишь взгляд на его страдания должен ужаснуть друзей Иова и заставить их замолчать. Сам Иов ужасается при взгляде на себя, но они смотрят на него и продолжают свою болтовню.
Б. Благоденствие беззаконного (21:7-16)
Иов в свою очередь обращается к вопросу о том, почему же благоденствуют беззаконные. Почему вопреки всем нравственным законам Бог позволяет им жить? Причём они не просто живут, но достигают преклонных лет и земного могущества. В отличие от Иова, беззаконные имеют благословение видеть, как их дети растут рядом с ними. Не только они сами и их дети, но и их дома и все в них исполнены мира – ещё одно косвенное указание на жезл Божий, который пал на всё, что принадлежало Иову Их дети танцуют, поют и играют на музыкальных инструментах (21:6-12).
Итак, беззаконные проживают жизнь в достатке. Затем, через время, без страданий от продолжительной болезни, они умирают и спускаются в Шеол, обитель мёртвых. Тем самым Иов изображает мирный конец благоденственной жизни (21:13). Это совершенно противоположно тому, о чём говорили его друзья. По их словам, нечестивых ждут муки совести (15:20), преждевременная смерть (20:11), бездетная старость (18:19) и ужасающий конец (20:24).
Радость и процветание они испытывают несмотря на то, что они сознательно исключили Бога из своей жизни. Их безбожие – не мгновенный и необдуманный порыв, а осознанная и формальная позиция. Они не хотят знать Его путей и открыто издеваются над важностью служения Всевышнему или молитвы (21:14–15).